Пристанище для уходящих. Книга 2. Обреченность

Под бумагами виднелся угол золотистой таблички, слишком красивой, чтобы лежать здесь просто так. Стопка документов покачнулась, но устояла, являя на свет табличку с витиеватой надписью «Сентинель» – охрана и экспедиция».[11 - англ. Sentinel – охранник, часовой, стража]

Охрана?! Что за наваждение? Почему меня все время преследуют охранники? В родовом поместье Хольц-Линден Виктор посадил меня «в клетку» и окружил охраной, а потом то же самое сделал отец в Портленде. Охранники стали вечным напоминанием о безысходности и безнадежности.

– Наконец-то! Теперь кто-то займется порядком в офисе.

Я с трудом отвела взгляд от таблички в руках. Усатый незнакомец с очередной кучей папок выскочил из двери, которую я считала закрытой, и резво несся в мою сторону. Я обернулась. Кому он говорит?

– Для начала разбери это. – Он подскочил и швырнул мне папки.

Я еле успела их подхватить, пришлось бросить табличку обратно на стол.

– И это. – Он показал пальцем на кипы бумажек на стойке.

Вот раскомандовался! Он же тут не главный! Я швырнула папки следом за табличкой.

– Какие-то проблемы?

– Сами разбирайте!

В этом офисе сплошные грубияны. Не уверена, что хочу тут работать. Да я и не собиралась.

Обойти усатого не вышло, он загородил дорогу – встал, уперев руки в бока, и недовольно нахмурился. Я попыталась просочиться между стеной и его локтем, но усатый удержал меня за руку. От его раздражения закружилась голова и перехватило дыхание.

– На перекур потом пойдешь. – Он подпихнул меня к стойке. – Или пожалуюсь боссу, и тебя уволят.

Раздражение превратилось в горячую волну гнева, то ли мою, то ли нет. Не нужны мне уже эти сто баксов!

Потемнело в глазах, и в следующее мгновение я опрокинула усатого на пол. Он не ожидал и плюхнулся на живот, я прижала его коленом и, чтобы не дергался, заломила руку за спину. Он заколотил другой рукой по полу и заорал. Со стойки на нас посыпались бумаги.

Неожиданно меня оторвало от пола и от усатого, и я повисла в воздухе, неуклюже болтая ногами. Донесся запах машинного масла и бензина, словно где-то недалеко открыли дверь в гараж.

– Это кто еще такая? – пробасили за спиной.

Я в ужасе замерла: голос раздавался сверху. Какого же роста его обладатель?

Меня повернули, как муху на кончике пинцета, и я уткнулась в светло-серые, широко распахнутые блестящие глаза. Меня оглядели и развернули обратно.