Drama Queens, или Переполох на школьном балу

Они бы отлично выглядели на общем фото в выпускном альбоме, стали бы украшением зимнего бала.

Действительно, Пенни, разве не предложил бы он тебе встречаться давным-давно, если бы для него ваша дружба была чем?то большим? Разве стал бы он просто гулять с тобой столько лет и не предложил бы сходить на свидание? Залезал бы в твою спальню, чтобы просто лечь спать, и даже ни разу не поцеловал? Сказал бы он тебе, что влюблен в какую?то девчонку?

Ей стало стыдно, что в глубине души она позволила себе размечтаться. Нет, так не бывает с такими, как она.

Пенни не дурнушка, не девочка с синдромом отличницы. Она серая мышка, у которой все и не плохо, и не хорошо. Никак. И популярны парень не ненавидит ее, не заставляет страдать из?за своего безразличия, но и не любит. Она всегда будет слишком близко, всего лишь в паре метров от его протянутой руки. Только это расстояние не ровная дорога, а обрыв, через который она ни за что не перепрыгнет своими коротенькими ножками.

* * *

Если бы Кэтрин не лишилась своего ежедневника, она бы точно вписала в него два факта:

у учеников школы Деполе все очень хорошо с пониманием ответственности и в край плохо с чувством юмора.

А потом добавила бы красной ручкой:

«А вот кое у кого чересчур хорошо». Еще по дороге ей переслали то самое ставшее культовым сообщение. Прочитав, Кэт аж взвизгнула. Нет, ну как эти идиоты могли поверить? Разве могла она, Кэтрин Ли, президент школы, выдумать такое?

– Вот ведь засранец, – пробормотала девушка и, завернув на подъездную дорожку, заглушила мотор.

В парке было пусто. Что, в общем?то, логично:

кому придет в голову тусоваться ночью посреди леса? Ему. Именно ему. Возможно, чей?то нос был чересчур любопытным. Или он просто решил таким образом поквитаться? Но Кэтрин не из тех, кому указывают ее место. Всегда указывает она.

К моменту, когда девушка добралась до катка, в мозгу у нее разыгралось и завершилось несколько мировых войн. Она прошла как минимум три из пяти стадий принятия, понимая, что если не сторгуется с этой колумбийской задницей, то свалится в четвертую под названием «депрессия», а так как с этой стадией была хорошо знакома, решила не искушать судьбу.

Да и на самом деле, что ей оставалось делать? Надеть коньки и гоняться за ним по льду, выкрикивая на ходу ругательства? Она же не

десятилетка, в конце концов. Сдать полиции? Идея казалась заманчивой, вот только проклятая совесть никак не позволяла. Отругать учеников и разогнать всех по домам? Глупо.