48 минут. Пепел

 – Впервые мне нравится такой резкий тон собственного голоса. Не затем я пришла сюда, чтобы в чем-то перед ним оправдываться.

Джесс сжимает челюсти – линия скул выделяется особенно остро, – его темные глаза встречаются с моими, и я чувствую, как он мысленно прикидывает, что со мной делать дальше, словно ведет внутреннюю борьбу. Судя по выражению его лица, я в этом поединке явно не выигрываю. Чтобы не смотреть ему в глаза, я отвожу взгляд, разглядывая комнату. Изучаю старые афиши, которые заполняют почти все свободные кусочки стен, газетные вырезки и плакаты, фотографии тех, кто работал здесь когда-то.

– А ты очень на любителя, – наконец резюмирует Джесс.

Я хмыкаю, закатывая глаза. Старший Лавант снова молчит, постукивая пальцами по деревянному подлокотнику. Встать и уйти будет невежливо. Хотя это единственное, чего мне сейчас хочется.

– Ты что-то недоговариваешь. – Колкие нотки в его голосе настораживают. – Я давно понял, ты – истинная дочь своего отца.

– С чего ты взял, что мы с ним были близки?

– Даже если не были – разве это что-то меняет?

– Это ты мне скажи.

Наш разговор – как поединок. Джесс делает паузу.

– Последний год мы с Ником практически не общались. По определенным причинам. Но я хочу, чтобы ты знала: ближе у меня никого нет, и я сделаю всё, чтобы защитить его, – предупреждает он.

– А если Ник этого не хочет?

Пару бесконечных минут Джесс молчит, а потом медленно произносит:

– У нас с ним разница – всего семь лет, но иногда мне кажется, что все двадцать.

Как будто я его настоящий отец.

Я невольно замираю, не решаясь прерывать, – в этот момент он словно открывает что-то совершенно личное и интимное. Одно неосторожное движение – и этот порыв упорхнет, словно птица, и уже не поймаешь.

– Столько лет я делал все, лишь бы защитить Ника. Находил лучших учителей, тренировал до одури, прикрывал от твоего отца. Был рядом, даже когда он думал, что я о нем забыл. И вот теперь, спустя всего лишь год, ты хочешь меня убедить, что он во мне больше не нуждается?

Я впервые задумываюсь, что на его месте реагировала бы точно так же.

В самые трудные моменты жизни он всегда был рядом с братом. Хотел Джесс этого или нет, жизнь заставила его взять на себя ответственность за другого человека, и он сделал это как мог, единственным на тот момент возможным способом. Может, он все же не так плох, как кажется?

– Послушай, Джесси… – говорю я мягко. – Я вам не враг.

От неожиданной перемены тона он настораживается.