Парадокс Севера

Но раз я поступила на социологию, то вроде как должна быть ближе к простым людям. Надеюсь, ты не против?

Молча моргая, я кивнула, уставившись как это чудо выгребает из сумки мои скромные пожитки.

– Зачем тебе столько книг? Здесь все необходимое выдадут.

– Это не учебники, – хотела ответить я, но из справочника по спортивным травмам выпала фотография, и прежде, чем я среагировала, Леся успела ее перехватить.

– А это кто? Твой парень?

– Он… нет… не совсем…

К подобным расспросам я явно не была готова.

– Симпатичный.

Открыв ящик и достав оттуда кнопку, она приколола фото к пробковой стене над столом.

– Пусть здесь висит. Да, собирайся, мы опаздываем.

– Куда?

Я принялась мысленно перебирать поводы, по которым могла бы отказаться, но взгляд Леси не оставил мне даже шанса.

– Там, где нас уже ждут, – подмигнула девушка и скрылась в ванной.

За время учебы в школе я не была ни на одной вечеринке, поэтому нервничала. Пока мы шли до места, соседка без остановки жаловалась, что новый тон метеоритов от Герлен совершенно не видно на коже.

Я понятия не имела, как метеориты можно размазать по лицу, не говоря уже о том, как вообще поставить их в одну связку со словом «кожа», но периодически кивала, делая вид, что понимаю, о чем речь.

– Нам сюда. – Из-за двери доносились звуки музыки и голоса. – Не отходи от меня ни на шаг.

Я и не собиралась.

– Кстати, выглядишь отлично.

До Леси в ее коротком платье с V-образным вырезом на спине мне конечно было далеко, но выглядела я на самом деле неплохо.

Сквозь протесты, она нацепила на меня переливающийся топ и черные джинсы в обтяжку. Правда настолько узкие, что я боялась в них даже сесть. Волосы же собрала в хвост, открывая шею и длинные серьги. Тоже принадлежащие Старостиной.

Переливаясь, как новогодняя елка, я не чувствовала себя собой. Особенно в туфлях на каблуке. Но еще до поступления сюда, дала обещание, начать с начала. Так почему бы не сделать это сегодня?

Выдохнув и нацепив на лицо улыбку, следом за Лесей я вошла внутрь.

Место, в котором мы оказались, за комнату общежития можно было принять не сразу. Во-первых, она была больше нашей раза в три. Теперь я ясно осознала, о чем толковала Старостина, ругаясь на скудость комнат стипендиатов. Во-вторых, полной народу. Вокруг толклось такое количество людей, что я почувствовала себя брошенной в муравейник.

Часть ребят, сидя прямиком на полу, во что-то азартно играли и громко смеялись. Кто-то зажимался в углу.