Любовь во мраке

Пару раз меня водили на смотрины потенциальным родителям, на тот момент мне было пять лет. Когда никто не заинтересовался мной, просто перестали обо мне вспоминать. В школе для слепых меня научили читать и писать. Тростью пользоваться я научилась сама. Просто однажды в комнату вошла наша грымза – Галина Ренатовна и вручила мне трость.

– На, можешь не благодарить. – сказала она и вышла. – Грымзой ее прозвали за мерзкий характер. Она часто позволяла себе орать на воспитанников и за малейший проступок ставить в угол.

Со временем ребята привыкали в ее смену вести себя тише, но малыши которых только привозили, плакали и звали маму. Чаще всего это были дети из неблагополучных семей, родители которых пьяницы или наркоманы. Я старалась успокоить их и читала им сказки. Кстати одна из них была про драконов. – улыбнулась я своим мыслям и продолжила. – Книги были специальные, для таких, как я. На них не буквы, а точки, с помощью которых мы можем читать знаки пальцами. – подняв вверх кисти рук провела самыми кончиками в воздухе, показывая, как это делалось.  – Детей которые постарше изредка возили к морю, я была там лишь раз. Никто не хотел со мной возиться, но я до сих пор помню шум прибоя, ласковые волны, что приносили с собой мелкие круглые камешки. У меня в комнате они хранятся до сих пор. Я прожила в детском доме до 18 лет. После мне выделили комнату в малосемейке и теперь я взрослый и почти самостоятельный человек. У меня есть замечательная соседка Надя, которая часто помогает мне и просто находится рядом. Так как я инвалид по зрению, ко мне ходит социальный работник – Елена Михайловна. Добрейшей души человек. Помогает мне с уборкой, покупкой продуктов и она научила меня вязать. Знаешь, это занятие меня очень увлекло и скрасило серые будни. Чтобы заработать хоть немного лишних денег я вязала на заказ и продавала то, что получалось. Некоторые вещи мне помогала реализовать тетя Лена. Надя выставила их на сайте и изредка приносила мне деньги если переводили на карту. Ты меня слушаешь? – спросила обращаясь к собеседнику. Хотя беседа скорее была монологом. Легкое движение и очередной фырк показал, что он все же меня слышит.

Я изливала душу, рассказывая обо всем, что происходило в моей жизни до встречи с ним. О той боли и одиночестве, которое сопровождало меня на протяжении всего моего существования. Поделилась и тем, что мою голову последнее время посещали идеи о суициде. На этих словах дракон чуть не скинул меня с таких удобных крыльев.