Танцор

Когда он, наконец, перестал терзать мой рот и стал спускаться губами вниз к разрезу блузы, я приоткрыла глаза.

– Что ты творишь?! – прокричала оставшаяся сила воли, и я оттолкнула Петю. – Чёртова дура! Ты же на работе! – костерила сама себя, слетая по ступеням и чуть не свернув шею.

– Анфиса? – удивлённо посмотрел на меня наш охранник Вадим, в которого я на всём ходу врезалась. – Что-то случилось?

– Нет. Всё хорошо. – отвернулась от него и быстро преодолела оставшуюся часть пути до кабинета. А если он увидит распухшие губы и общее неадекватное состояние?

Привалившись к двери спиной, сползла вниз.

Обхватила руками голову и начала мысленно отчитывать себя за этот поступок.

– Как ты можешь быть такой отзывчивой и податливой? После всех унижений и бед, что ты пережила по его вине! Как?! Нужно быть совсем без чувства собственного достоинства, чтобы пытаться войти в реку дважды. – едва не рвала на себе волосы от эмоций и глупости, только что совершенного поступка.

"Мне говорили дура не реви, не реви,

Он в тебя пулю, а ты о любви, о любви

Какая там любовь, ведь у него не болит,

Твоя душа как море, а его на мели.

"*

Пробившаяся с танцпола песня Асти вскрыла плотину. Слёзы, которые просились наружу, но ещё не пролились, начали капать на светлую блузу. Мне уже было всё равно, что на ней останутся следы. Может потечь макияж. Мне нужно просто пережить этот момент.

Так, жалея себя и ругая на чём свет стоит, прошло несколько минут. Вместе со сменой трека пришло опустошение.

Поднявшись на ноги, отправилась приводить себя в порядок.

– Хорошо, что в клубе достаточно темно и моих глаз, покрасневших от слёз, будет почти не видно. – разговаривала сама с собой, пытаясь восстановить макияж.

Позже с опаской смотрела в зал, но до утра предмета моих душевных терзаний в клубе не было. В этот раз марку машины и номера такси я уточнила заранее. Когда вышла из клуба, осмотрелась по сторонам, но ни Петра, ни его машины на парковке не было. До дома в этот раз добралась без приключений.

Смыв макияж, я рухнула на постель и забылась тревожным сном.

Глава 18.

Пётр.

Проснувшись утром, я готов был сорваться и ехать к дому, где живёт Анфиса. Умом я понимал, что девушка с ночной смены и наверняка спит, но воспоминания о её сладких губах и трепещущем в объятиях теле пытались сподвигнуть на решительные действия.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».