Грешная

– Серьезно? – он смеется, – Вы хоть представляете, сколько времени займет выборка?

Чувствую, как уголки моего рта опускаются вниз, уверена, делая меня похожей на грустный смайлик.

– Вы не понимаете… – в моем голосе уже различима явная мольба, – Я вообще не должна «светиться» в таких местах. Мой муж – мэр, важный человек. Это вопрос его общественного облика.

Руслан бесцеремонно фыркает на мою жалобную тираду.

– Так зачем вы пришли сюда? Сидели бы дома и оберегали этот общественный облик.

– Не вам указывать мне, куда ходить и что делать! – во мне опять поднимается гнев на брутального наглеца, и новый виток злости закручивается в моем нутре.

– Тогда и вы не указывайте мне, как делать свою работу, – с коварной ухмылкой «отстреливается» Руслан, тоже переходя в наступление.

– Хорошо! – поднимаю руки в знак капитуляции, мысленно чертыхнувшись, – Я куплю у вас все фотографии, на которых фигурирую.

Мужчина заливисто смеется, запрокинув голову назад и оголяя свои идеальные зубы.

– У вас паранойя, вы в курсе? – продолжая забавляться и прыскать хохотками, спрашивает он, – Вы давно были у своего психотерапевта?

Ну все, меня уже откровенно потряхивает от его хамства. Сердце клокочет так, словно я пробежала марафон. Апломб в поведении этого мужчины неописуемо нервирует меня. Градус нашего с ним конфликта близится к пиковой точке накала.

Стоя практически лицом к лицу, мы снова схлестываемся искрометными взглядами – как олени, готовящиеся столкнуться рогами.

– У меня нет никакого психотерапевта! Я не нуждаюсь в нем! – стараюсь вести себя воинственно, но в моем тоне звучат истеричные визгливые нотки.

– А судя по тому, как дико блестят ваши глаза и дрожат губы… – Руслан смотрит на мой рот с явным вожделением, – …я бы так не сказал.

– Бли-и-ин… я стону от неприязни к нему, – Вы совершенно омерзительный тип…

На лице Руслана мерцает нахальная улыбка.

– Из уст такой красивой женщины даже оскорбление звучит как комплимент.

– Мягко стелите, но меня ваши маслянистые речи не проймут, – язвлю я, состроив ему гримасу.

– Расслабьтесь. Я не буду публиковать снимки с вами, обещаю.

Неожиданная реплика Руслана зарождает во мне веру, что не так уж он и плох. Узел в груди ослабевает… Но надежда быстро гаснет, как только он добавляет, приблизив свой греховный рот к моему уху:

– Оставлю их для своего личного архива.

Слова мужчины повисают в воздухе, вынуждая меня стушеваться.