Грешная

Мои глаза остаются закрытыми, и под опущенными веками я воображаю, как один конкретный мужчина с бородой прячет голову между моих ног и доставляет мне немыслимое удовольствие… Воздействие вибрации на мой пучок нервов имеет головокружительный эффект, но мне не хватает чувства наполненности. И тогда я медленно ввожу другой конец вибратора в свое лоно. Мое тело выгибается от ощущения проникновения в меня твердого и гладкого предмета, и мне приходится плотно сжать губы, чтобы не застонать непозволительно громко. Я кручу колесико, прибавляя мощность, и мое наслаждение обостряется в разы.

Одновременная двойная стимуляция действует на мое тело грандиозным образом – я чувствую себя оголенным проводом, который вот-вот заискрит… И нет в моей голове сейчас ничего, что может помешать мне взорваться блаженством… Я сильней придавливаю один конец вибратора к своему клитору, в то время как другой находится во мне и массирует меня изнутри. По моему позвоночнику ползет ручеек тепла, и он растекается в океан эйфории внизу живота. Мое тело начинает конвульсировать и содрогаться от постигшего меня оргазма. Я сильно закусываю губу, чтобы не закричать в голос.

Выключив прибор, я продолжаю удерживать его в себе, еще долго наслаждаясь этой нирваной, которой охвачено все мое сытое, удовлетворенное существо. Наконец, когда все удовольствие отхлынуло, я одеваюсь и избавляюсь от вибратора, вернув его в надежное место. Вернувшись в постель и погрузившись в удобный матрас, как в песок, я позволяю мягкому одеялу поглотить мое тело, своей голове – утонуть в подушке, а сну – забрать меня.

Несколько лет назад

Я не ждала легких родов, и мои предположения подтвердились. Мало того, что дочь решила появиться на свет раньше срока, так еще и схватки прекратились на середине процесса. Врачам пришлось делать мне экстренное кесарево сечение, и хирург оказался не легкой руки и шрам оставил мне довольно уродливый. Но это все не имело значения в тот миг, когда я взяла на руки свою дочь. Она была красная, отекшая и морщинистая.

Будь это не мой ребенок, я могла бы ужаснуться, но эта девочка казалась мне самой прекрасной из всех когда-либо рожденных на земле. Я испытала колоссальный выброс эндорфина в кровь. Ничего и никого не существовало для меня – весь мой мир сузился до этого крошечного существа, которое когда-нибудь назовет меня мамой.

Саша все время находился поблизости, пока длились роды и операция, а как только получил добро от врачей, ворвался в палату.