Два венца. Стена отчаяния

По спине текли струйки холодного пота, руки дрожали и сердце стучало как сумасшедшее. Он задремал было, но перед глазами возник образ – мать в крови, и ее сапфусовые глаза смотрят в небо пустым взглядом.

Рэн проснулся с криком. Он схватил подушку и уткнулся в нее лицом, стараясь успокоиться. Не хватало еще из-за своих страхов разбудить хозяев и Лала, что беззаботно спал в кроватке. Надо вернуться! Надо срочно вернуться. Но как?

Бешеным роем ос с Айяски носились идеи в голове, но все они были нежизнеспособны, и он никак не мог взять себя в руки.

И если вспоминать родителей было тревожно, то дядю – больно. Рэн же, как назло, все время видел его образ.

В далекой древности был жуткий способ казни: преступника привязывали к двум согнутым деревьям и отпускали их, разрывая его на части. Рэн же тянул себя во все стороны сам – он тщетно пытался оправдать поведение дяди, находил причины и тут же их опровергал. Он не верил фактам, которые услужливо преподносила память. Разум разил не хуже палача.

Внезапно повеяло холодом – ледяным, безжизненным. Угол в глубине комнаты озарился всполохами зеленого огня. Рэн подскочил, оглядываясь в поисках защиты. Но чем здесь защититься от духа? Он судорожно вспоминал, есть ли способы спастись без магии, но на ум ничего не приходило.

В отчаянии Рэн подскочил к ребенку. Подхватить его и бежать! Другого выхода он не видел. Но Рэн опоздал, почувствовав, как ледяной купол мертвой магии отрезал от него мир.

Рэн развернулся, закрывая собой кроватку с Лалом, готовый пойти на все, только бы не подпустить умершего к малышу.

Призрак выскользнул из темного провала портала, и Рэн потрясенно уставился на лорда Мориса – дальнего родственника, что вчера первым погиб при нападении. Гнев искажал его всегда спокойное лицо, в глазах горела ненависть, а вся его фигура сияла темно-мизурдовым светом.

– Щенок! Успешный, талантливый, слишком умный! – призрак сжимал кулаки, с яростью глядя на Рэна.

 – Я выполнил все их указания! Все шло по плану! «Шторм» должен был убить тебя сразу! Но убил меня!

Он ринулся на Рэна, но не долетел. Его дернуло в сторону, словно незримый кукловод потянул за нити. Рэн шарахнулся назад, едва не задев кровать Лала – малыш на удивление крепко спал. Лорд Морис зашипел не хуже каменной змеи:

– Защиты! Эти рудгровы защиты убили меня!

Рэн напряженно следил за каждым его движением, боясь пропустить бросок.