Два венца. Стена отчаяния

Теперь понятно, о чем говорил Дэни! Тот смотрел на него невинно, как фирийон, обожравшийся сливками. Улес! И что теперь делать? Она же нестабильная! От нее можно ждать все что угодно. Как с ней обращаться, Рэн не знал – чужой мир, чужие нравы. Да и меньше всего ему хотелось обижать Ричарда.

Девчонка мягкой походкой подплыла к нему.

– А меня Ветта зовут, а вас Рэндл, да?

Рэн попытался приветливо улыбнуться и тотчас услышал громкий шепот за спиной:

– О! Смотри! Смотри! Уже судороги пошли!

Рэн едва сдержался, чтобы не сказать, у кого сейчас точно судороги пойдут.

Чтобы не показаться грубым, Рэн коротко кивнул:

– Да, меня зовут Рэн. Я рад с вами познакомиться.

Он точно знал: провоцировать девочку – себе дороже. Огневики отличались бурным нравом: стихия накладывала отпечаток. Они легко сердились и быстро остывали, главное – не дать им перейти тот порог, когда огонь можно будет потушить лишь грубой силой. Но хуже всего оказалось то, что второй по мощи стихией у девочки был Воздух.

Только огненного урагана им не хватало.

Ветта прикусила губу, глядя на него так, словно хочет съесть.

– А вы к нам надолго?

Рэн сделал шаг в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, и осторожно произнес:

– Возможно.

Предугадать действия таких вот самородков не могли даже они сами.

– Какое счастье! – девочка буквально светилась от радости и силы. Неужели ее родные не видят этот свет?!

Рэн сделал еще один осторожный шаг, выбирая между вежливостью и безопасностью.

Его спасла просьба Ричарда:

– Рэн, зайди ко мне в кабинет, пожалуйста, – он встал между ним и Веттой, давая возможность безопасно отступить.

Рэн взлетел наверх так быстро, словно его магический потенциал восстановился. Вот знал же, что не может все складываться настолько хорошо! Он ждал подвоха, и все равно улес подкрался незаметно. И что теперь делать?! Женского внимания ему хватало с головой и дома, а тут вообще девчонка, почти ребенок.

Только этого ему ко всем проблемам и не достает! Обидеть гостеприимных хозяев Рэн не мог и не хотел, но по сравнению с Веттой девушки мира Тер-Риим смотрелись мирными клушами, куда более безопасными для общения. Эта могла в сердцах и поджарить незадачливого кавалера.

Ричард сам распахнул перед Рэном дверь кабинета и захлопнул ее перед носом дочери. Он обернулся и растерянно произнес:

– Прости, Рэн. У меня очень темпераментная дочь.