Иммигрантка

Наверное он хотел увидеть ее слабой и со слезами на глазах, чтобы он почувствовал свое превосходства над ней. Такое его понимание было, быть мужиком.

Напиваясь, он становился упрямым и неуправляемым, и менялся с ней ролями, примеряя на себя ее «мужскую шкуру», и не выдерживал всего чего выдерживала Жанна,и как говорят русские его «срывало с катушек.»

Вся проблемы Зиби были в том, что он не признавался себе, кто он .Для него это было слишком тяжело в этом признаться. Он считал того алкоголиком, кто попрошайничал деньги у всех проходящих возле магазинов, а как насобирает нужную сумму, то бежит их пропивать.

Вот такое понимание алкоголика, было в голове Зиби. А он таким не был.В любом случае, что подумала бы о нем Жанна, если бы он рассказал ей правду? Какого бы мнения была о нем она, бросила бы его, как

пьяницу? Жанна много значила для него,она всегда находила что-то новое и совершенствовала это. Она проводила все свое время в онлайн-учебе, изучая английский, чтобы в будущем найти достойную работу.

Но Жанна давно знала, что представляет собой Зиби! Она сотни раз советовала ему посещать собрания с другими алкоголиками.

"В этом нет ничего постыдного. Это все между нами, и мы должны спасти нашу семью. Она была их "семейным психологом", знающий все об алкоголизме. Он ехидно усмехался и спрашивал ее: "Кто я , алкоголик? Ты о чем… Ты сума сошла… Почему ты меня оскорбляешь?

У Жанны уже не хватило терпения!Она все время себя ругала, за свою слабость,за то что оставалась с ним, тратя на него свое время и здоровье? Время уходило, а она не молодела,ей следовало думать о себе, о своем сыне, о своем будущем.

Она сто раз уходила от него за пятнадцать лет. Но как только он ее находил и она оказывалась в его объятиях – в русской церкви, или на улице возле дома Касыма, где он поджидал ее,или возле ее работы. Он становился на землю на колени, держал ее за талию и просил прощения. Его голубые глаза были полны слез. Она не могла видеть, когда кто-то плакал, но когда плакал ее любимый, это было вдвойне невыносимо.

У нее тоже появлялись слезы, и она прощала его. Он обнимал ее, и всегда знал, что она его простит.И снова они шли к ним домой, снова до его первой пьянки, до первого скандала. И все начиналось сначала.Это какой-то порочный круг, словно невидимая нить, связывал их, не давая им освободиться. И так продолжалось до сих пор.

Все было так запутанно между ними… Может быть, она не бросала его, потому что знала, что поляки затягивают его в свое болото.