Не лучший выбор

Я чувствовала, как с каждым этажом, его член становится больше, а моё желание поиметь этого самца – сильнее. Ты ведь видела, как в кино иногда показывают дикую страсть?

– Как? – Анна пришлось задать ей этот вопрос, чтобы она продолжила рассказ.

– Я ключом в замочную скважину не могла попасть. У меня от желания был дикий мандраж. Раз не попала, второй. Почувствовала, как сильные руки берут с двух сторон меня за талию, и оттаскивают от двери. Он повернул меня лицом к перилам и надавил между лопаток, заставляя нагнуться.

Я сначала не поняла, чего он хочет. Я хотела побыстрее оказаться в своей квартире наедине с ним, а он меня от двери оттягивает. Понимание того, что он хочет сделать, наступило, когда я упёрлась руками в перила, чуть налегая на них грудью.

Да, подруга, он загнул меня раком и решил поиметь прямо в подъезде. Всё изменилось за одну секунду. Осознание того, что со мной сейчас произойдёт, обострило звуки и запахи. Я слышала и чувствовала то, на что никогда не обращала внимания. Всё вокруг стало другим, одновременно туманным и осязаемым кожей.

Я слышала, как у соседей работают телевизоры, их звуки сливались в непонятное бормотание с вкраплениями музыки. Громкие голоса, стук, крики детей. Десятки запахов вдруг стали осязаемы: подъезда, котов, готовящейся еды.

– Ой! – от удивления Анна открыла рот. – В подъезде?

– Да, именно там, – ответила Ольга. – Задрал на спину платье, стянул трусики, и трахнул. Страх быть застигнутыми придавал особые чувства и ощущения. Они стали острыми, у секса появился запах.

Этот секс был таким жарким, ярким и горячим, как вспыхнувшее масло на плите. Когда он снимал с меня трусики, моё сердце так сильно билось, что казалось, от его ударов вздрагивают деревянные перила лестничного марша.

– И ты ему разрешила?! – возмущённо спросила Анна.

– Ну как тебе сказать. Конечно же, я боялась. А если кто из соседей выйдет? Или будет в глазок подсматривать? Я же не малолетка какая-то, что бы меня по подъездам имели. Но когда ты стоишь раком, и мужчина задирает твоё платье, чувство стыда куда-то пропадает.

– Так и что ты сказала этому наглецу?

– Я – ничего. Когда он стягивал с меня трусики, перебирала ногами, чтобы было быстрее. Когда он расстёгивал брюки, крутила в нетерпении задницей, мечтая только об одном, – Ольга, снова замолчала.

– О чём? – не выдержала Анна паузы.

– Только об одном, – ответила она. – Я так сильно его хотела, что казалось, если он сейчас мне не вставит, меня разорвёт от желания.