В плену судьбы

Послышался голос мамы:

– Ты с кем там говоришь?

Я сказала:

– Да с…

Девушка, прислонив палец к губам, шепнула:

– Хочешь, я тебе конфетку дам?

Я крикнула:

– Ни с кем, мам. Ты там скоро?

Мама ответила:

– Еще немного. Минуты две, постараюсь быстрее.

Девушка, улыбнувшись, шепнула:

– Хочешь? Могу дать. Так скажи, хочешь или нет?

Я стояла, глядя на нее с каким-то недоверием. Девушка вынула из кармана шоколадный батончик и протянула его мне, улыбаясь и глядя на меня. Я смотрела на девушку и не спешила брать батончик.

Мама же не раз говорила, чтобы я ни у кого ничего не брала.

Девушка шепнула:

– Возьми. Бери, если хочешь, быстрее, и мама не узнает.

И положила руку мне на талию. Посмотрев на кабинку туалета, я покосилась на девушку, затем снова на кабинку туалета и шепнула:

– Мама мне голову оторвет за это.

Девушка шепнула:

– А я ей не скажу. Ты просто бери быстрее и прячь, хорошо?

Прикусив губу, я посмотрела на девушку, взяла конфету и засунула в карман.

Девушка шепнула:

– Хочешь, дам еще шоколадку? Целую шоколадку, а не батончик. Хочешь?

И обхватила мою талию второй рукой. Посмотрев на свою талию, я бросила на девушку удивленный взгляд. Она что, лесби, что ли? Или настолько любит детей, что совершает такие действия с чужим ребенком? Внезапно в одной из кабинок послышался звук открывающейся щеколды. Девушка, повернув голову в сторону кабинок, тут же вскочила и шепнула:

– Еще увидимся. И, возможно, тогда я дам тебе шоколадку.

Прислонив палец к своим губам, она показала в сторону кабинок пальцем другой руки и, развернувшись, быстро вышла в открывшуюся дверь. Я стояла, удивленно глядя на дверь. Мама вышла и сказала:

– Все нормально? Ничего не произошло?

Я сказала:

– Да вроде нет, – и спрятала в руке батончик.

После того как помыли руки, мы пошли в зрительный зал и сели на свои места. Прозвенел звонок, возможно, это был уже третий, так как свет стал потухать. Косясь на маму, я развернула батончик и откусила.

Вкусный, со сливочной начинкой вроде. Мама сидела и смотрела то на сцену, то куда-то еще. Я быстро съела батончик, пока она отворачивалась в разные стороны и, сжав в кулаке этикетку, подумала: «Блин, вот бы где-нибудь еще достать такой же батончик или шоколадку».

Началось представление. Опять был номер с обезьянами, и та обезьяна снова на меня взгромоздилась. Я хихикнула. Мама, улыбнувшись, задумчиво шепнула:

– Кажется, животные тебя любят.