Сильнее жизни

– Еще одна скотина, которой место в аду, – выдавил из себя охотник.

– Выбирай выражения, или ты хочешь напугать девочку? – съехидничал темноволосый.

– Напугать? – усмехнулся охотник, – я желаю ей смерти!

– Странно, но в этом наши желания совпадают, – признался Родгар тоном, от которого по телу прошла мелкая дрожь страха, – вопрос в том, кто первый?

Темноволосый, больше не тратя время на разговоры, разжал ладонь, на которой я увидела шар, состоящий из мелких черных крупинок, перетекающих друг в друга, растущих на моих глазах.

– Палач! – в глазах охотника проскользнуло понимание и злость. За миг до того, как шар достиг цели, тому удалось отбежать на безопасное расстояние и скрыться в люке.

Шар, так и не достигнув цели, попал туда, где еще недавно находился охотник. Упав, он растекся темным пятном на бетоне, прожигая его словно серной кислотой.

В тот момент я поймала себя на том, что просто стою и тупо наблюдаю за тем, что происходит. На что я собственно говоря надеюсь? Увидеть развязку, заканчивающуюся моей смертью? Не знаю, что это за шар, и почему Родгару так легко удалось уйти от пуль… Хотя нет, догадываюсь.

Я видела достаточно, чтобы понять одну простую вещь – он не человек. Кто? Не знаю, но в нем не было ничего от человека, особенно глаза, которые в момент атаки превратились из темных в два наполненных огнем и гневом колодца.

Отступив к краю крыши, я заметила пожарную лестницу, и отбросив мысль о том, что до смерти боюсь высоты, перебралась через перила, и схватилась двумя руками за металлическую ступень, боясь посмотреть вниз.

Сверху раздался шорох, по которому я поняла, что Родгар приближается. Черт!

Страх придал мне силы и смелости спуститься на несколько метров. Стараясь не думать, что сейчас нахожусь на уровне третьего этажа, я подняла глаза вверх, чтобы встретиться с напряженным взглядом уже принявших привычный для меня вид темных глаз Родгара. Чего он ждет? Собирается ли убить, или надеется, что мой страх и паника это сделают за него? Я спустилась еще на пару ступеней, когда ноги, обутые в туфли на так нелюбимых мной каблуках, потеряв опору, соскользнули вниз.

Испугавшись, что в любой момент могу упасть, я изо всех сил сжала ступень руками, забыв о начавшей снова кровоточить ладони. Резкая боль заставила меня отдернуть руку и снова попробовать нащупать ступень ногой. Некоторое время я висела на одной руке, пытаясь второй схватиться менее болезненно.