Сказочные приключения в ГерСканзии. Темная сторона Сонцены

– Розалин, – обратился Римус к своей дочери, – никто из вас не видел сегодня Сонцену?

– Нет, мы сами очень обеспокоены, обычно она прилетает первой, – ответила Розалин и посмотрела на только, что подлетевших к ней Гриига и Дильфину.

– Возможно неприятности у них, – задумался Римус и сел на свой изумрудный трон. – Нам нужно как-то добраться до Замка Аргоса и разобраться что к чему. Вдруг им нужна помощь.

– Подняться в небо не помогут даже облака, – спокойно ответил Зенон. – Замок Аргоса находится далеко от них.

И даже если до него добираться по ним, то нужно придумать, как от них добраться до входа.

– А может быть эльфы смогут? – предположил Римус. – Грииг, ты смог бы добраться до Аргоса.

– Не думаю, – не уверенно ответил Грииг, – никто из нас еще поднимался так высоко, но попробовать можно.

И он уже собрался было взлететь ввысь, как огромная туча заискрилась ярким светом, на мгновенье, осветив все вокруг, и на землю спустился ни кто иной, как сам маг Барей.

– Подождите, – выставив вперед правую руку, как будто преграждая путь ладонью, остановил он Гриига.

 – Не стоит пытаться найти дорогу к Замку Аргоса. Вы не сможете сейчас помочь ему там, да и Сонцене тоже. Здесь даже я бессилен, – низко опустив голову, закончил он.

– Так что, в конце концов, случилось! Объясни же ты, наконец! – стукнув кулаком по ручке трона, крикнул от нетерпения Зенон.

– Сонцена в опасности. Проснулась ее темная сторона, – кратко ответил волшебник, и все затаили дыхание.

По лицам присутствующих пробежала тень, было ясно, что никто ничего не понял, но явно все испугались.

– Что значит, проснулась ее темная сторона, у Сонцены их, что несколько что ли? – недоуменно подала голос Розалин.

– Две, – отрезал Барей. – светлая и темная. Светлая это сама Сонцена, а темная, это как будто Сонцена, но вывернутая наизнанку.

– Ужас какой, – воскликнула Дильфина и закрыла личико ладошками. Ей только и оставалось сегодня что удивляться и приходить в ужас от страха.

– А что, такое возможно? – включилась в разговор Габриэль, – как это, вывернутая наизнанку?

– Вы так у меня спрашиваете, как будто это я вывернул ее и переделал?! – с негодованием и горечью воскликнул Барей.

 – Для меня самого это загадка. Я все утро пытался привести Сонцену в чувства, но она абсолютно, ни на что не реагирует. Лежит себе тихо с закрытыми глазами, и даже волосы ее не шевелятся от ветра.

И, измученный горем Барей, тяжело опустился на берег острова.