Дело было вечером…

Зеркало над умывальником ехидно продемонстрировало мне темно-русую растрепанную голову бледной девицы с синяками под глазами. Хорошо вчера погуляли! Знатно! Печально только, что я ничего не помню. Я пустила в умывальник холодную воду. Если не избавлюсь от «украшений» под глазами, мастер Саньята меня к некромантам отправит! В качестве учебного пособия.

Умывание взбодрило достаточно, чтобы я окончательно разозлилась на себя. Ну кто меня заставлял вчера отмечать с девчонками удачное завершение первого полугодия? А даже если и решилась попробовать сливовицу, то кто заставлял пить без меры? А ведь сегодня я обязана ассистировать мастеру Саньяте на практикуме у младших курсов.

Мне это доверили, как самой умной и надежной. Надежная, ага. Пьянчужка надежная, вот кто я! Не могу даже вспомнить, что вчера было. Вон, и руки грязные, словно на четвереньках по городу ползала!

Я сделала воду погорячее и принялась ожесточенно тереть левую ладонь. Нет, ну это уже ни в какие ворота! Я с первого полугодия первого курса не ложилась спать грязной! Только в первые два месяца, пока привыкала к повышенной нагрузке, я могла себе позволить заснуть в чем пришла с учебы.

А потом – никогда!

Ни горячая вода, ни душистое мыло не помогли. Пятно с ладони уходить не желало. Обозлившись, я решила применить заклинание очистки. Обычно им чистят одежду, мебель и тому подобное, к живым его не применяют. Но у меня была какая-то чрезвычайно стойкая грязь! Так что я решила рискнуть.

Формула сама собой возникла перед глазами. Я осторожно влила толику энергии в плетение и…

Ладонь обожгло, словно раскаленным клеймом. Из глаз брызнули слезы. Я заорала от невыносимой боли. А грязное пятно на ладони медленно приобрело форму.

***

Столовая гудела, как улей. Адепты впопыхах поглощали свой завтрак, делились новостями, торопливо повторяли материал перед экзаменами, смеялись и общались. В общем, все было как всегда и как у всех.

И только за нашим столиком стояла мертвая тишина. Аппетита не было у всех троих. Во-первых, сливянка, будь она не ладна, еще не выветрилась из наших голов. Во-вторых, девчонки старательно прятали от меня глаза. Стыдно им было, угу. Так я и поверю!

Я досадливо потерла горевшую огнем ладонь. Нет, ну надо же быть такой дурой! Нет, дважды дурой! И это я про себя! Сначала напилась, как самый последний пьянчужка из таверны матушки Олы.