Краденая судьба

– Тем более!

Пашка приник к моему рту и властно раздвинул мне губы языком. Хоть я и не сопротивлялась. Это была его любимая игра: «Покори непокорную». Мне не всегда нравилось то, что в интимной жизни у нас была приемлема только одна поза: Пашка сверху и главенствует. Но парень всегда заботился о том, чтобы я тоже получила удовольствие, был заботлив и по-своему нежен. И я заталкивала свое недовольство куда подальше, говоря себе: «Захарова, не будь дурой! Таких, как Пашка, мало! Он тебя любит, заботится о тебе.

Что тебе еще надо? Острых ощущений?»

Закончив исследовать весь мой рот, Пашка напоследок нежно куснул меня за нижнюю губу и крепко стиснул мою ягодицу свободной рукой:

– Я надеюсь, что у меня все получится. И сегодня ты в последний раз будешь возится во своими поломанными железяками. Иди уже! А то я передумаю и твоему начальнику придется подавать на тебя в розыск!

Я хмыкнула. Шиан и сам семейный. И я слышала, как он пару раз оправдывался за опоздания тем, что через жену перецепился, когда на работу собирался.

Так что, уж кто-кто, а непосредственный начальник меня поймет. Но тем не менее, послушно подхватила уроненную сумочку. День не бесконечный. А у Пашки только один отгул. Ему нужно сегодня все закончить.

Я вынырнула из своих воспоминаний и устало посмотрела на вошедшего законника. Это уже третий за сегодня служитель правопорядка, который задает мне вопросы. Нет, внешне все было прилично, совсем не так, как в виденных мною фильмах. Никакого металлического стола, яркого света, зеркала на стене и неудобного стула.

Обычная комната: искусственное окно, проецирующее земные пейзажи, письменный стол и удобное кресло, в углу узкий металлический шкаф. У меня на работе в таких хранят мнемо-пластины с информацией и программами для дроидов. Меня тоже усадили на вполне удобный стул. И стоило только заикнуться, что мне нужно в уборную, тут же дежурный дроид меня туда сопроводил.

На до мной никто не издевался. Вот только одни и те же вопросы по кругу, на которые у меня не было ответа тоже были сродни пытке.

Мне давно уже хотелось разревется и заорать на законника: «Да какая, собственно, теперь разница??? Пашки больше нет! Вот что важно! А не ваши идиотские идеи на тему того, почему я молчу.»

Законник расположился за столом и запустил планшетник. Бросил на меня нечитаемый взгляд из-под бровей. И тихо поинтересовался:

– Ну что, Мария Михайловна, вы подумали? Будете говорить?

Я поджала губы.