Сборник «3 бестселлера о любви в космосе»

Талех мимолётно улыбнулся и холодно сообщил:

– Я вернул андроида программистам, распорядился отменить форматирование и кое-что усовершенствовать. Полагаю, претензий у клиентки теперь не будет.

От язвительных интонаций Женю кинуло в дрожь.

– Спасибо, – пролепетала она и выскочила за дверь.

Женька летела по коридору, удивляясь, что командор не влепил ей выговор, и пришла к выводу: «Видимо, слишком любит эксперименты». Это вполне объяснимо для джамрану.

«А я – подопытный кролик», – расстроилась она и столкнулась у лифта с инопланетянином.

К счастью, им оказался линдри в аморфной трансформации. Едва ли он что-то почувствовал. Евгения извинилась и с разбегу запрыгнула в пустой лифт. Створки сомкнулись, кабина тронулась, но через этаж внезапно остановилась.

– Эй! – воскликнула Женька и нажала аварийную кнопку.

Свет погас, замигали красные лампочки.

– Эй! Кто-нибудь!

Она стукнула в дверь, приложила ухо к панели и закашлялась от едкого запаха. Что за… Женя осела на пол, держась за горло и пробуя вздохнуть.

В глазах потемнело, замелькали малиновые чёртики, и тёмная махина рухнула перед ней с потолка. Женя с трудом различила, как нечто похожее на филиноида, склонилось к ней, шевеля щупальцами. Оно схватило её за голову и вонзило в шею длиннющую иглу … А жертва не могла даже кричать, а только хрипеть и задыхаться. Она попыталась вырваться…

– Блул-блугл! – сердито булькнул лжеполип.

И потеряла сознание…

«Слава богу, жива!» – послышалось будто издалека.

Кажется, это сказал Грегори. Она словно воспарила над полом и не сразу поняла, что её несут…

Женя очнулась в медотсеке под профессиональным взглядом Миритина.

– Вы меня видите? – спросил он.

Евгения кивнула, поскольку говорить не могла, в горле сильно першило.

– Голова болит?

Женя открыла рот, и оттуда вырвались нечленораздельные звуки. Она даже на миг испугалась, что превращается в полипа… Кто-то приподнял ей голову и поднёс к губам поильник. Женя выхватила кружку, глотая жидкость как умирающий в пустыне и захлёбываясь.

Её тут же вырвало в подставленный медсестрой лоток.

– Гадость, – прохрипела она. Пересохшие губы отказывались слушаться, а глотку жгло огнём.

– Это лечебный раствор, – пояснила медсестра.

– Воды…

– Сейчас будет легче, – пообещал Миритин и сделал ей укол в плечо.

Это внезапно напомнило об игле, и Евгения дёрнулась.

– Вам больно? – забеспокоился врач.

Женька замотала головой.