Пиковый туз: Часы Апокалипсиса

А в углу, куда не попадали лучи света из небольшого окна, стоял массивный сундук.

– Друзья, давайте, что бы ни было путаницы, я сам буду всё осматривать, и, если что-то интересное будет, то я Вам давать буду.

Друзья молча согласились.

Дориан, раскрыв сундук, стал рыться в нём. Сверху лежали книги и свитки про конец света – но это была либо художественная литература, либо обычное бумагомарательство, и, поэтому, эти книги убирались в сторону – за ненадобностью. Далее уже были какие-то рукописи, которых было очень много, но кратко осмотрев их глазами, Дориан убрал их – там были лишь непонятные мысли.

На самом дне находилось три ящика. В одном из них были личные нательные вещи монаха, которые уж точно не были нужны друзьям. А вот два других ящика были интересны. В одном находились какие-то камни, драгоценности, сплавы из железа, клинок, и прочие подобные штучки, которые вызвали бурный интерес лишь у ведьмака. Самый последний ящик был наполнен рукописями монаха – это были его дневники. Просмотрев пару записей, Дориан поставил ящик на стол.

– Так, это мы точно забираем.

– Всё? Это и все ценности? – фыркнула Рэм, сложив руки на груди в знак негодования.

– Вроде. Если тут только нет тайников.

Осмотрев, и «прощупав» келью, друзья не обнаружили тайников. С одной стороны их это радовало, а с другой – не очень. Как раз в это время в келью вошёл глава монастыря.

– Ну, как успехи?

– Всё хорошо. У дяди много книг, но мы взяли лишь вещи, передающиеся по поколениям – это реликвии семьи.

– Да, конечно, я понимаю. А что касается Вашего дяди… то, знаете. … Хотя ладно, это неважно.

– Нет, скажите. – Дориан хотел знать больше о почившем монахе, но узнавать информацию нужно было осторожно, дабы не бросить на свою излишнюю любознательность тень сомнения и подозрений. Проблемы друзьям были не к чему.

– Дело в том, что Мартин, в последнее время, кажется, стал сходить немного с ума.

– С чего Вы взяли? Он делал плохие вещи?

– Понимаете, у него появились какие-то новые знакомые, он стал что-то много писать, да и в молитвах мог проводить по несколько суток.

Так что, большое количество записей всё объясняет…. Но, я ничего не имел против Вашего дяди. Всё объясняется его возрастом – ему же было уже почти сто лет, а это, как известно, в наше время – редкое явление.

– В нашей семье все предки – долгожители. – сказал, не подумав, Дориан, и, кстати говоря, попал в точку.

– Да, я знаю. Мартин мне об этом говорил.