Пандемия. Откровение

Может проблема и не в мире вовсе, а в нас самих, или в том, что мы воспринимаем этот мир как должное, эгоистично и предвзято, способны измениться лишь у грани когда сами себя загнали в угол, пути вперёд нет, а оглянуться назад, уже нет сил.

Откуда ни возьмись на дорогу прямо под колёса выскочила худощавая пятнистая кошка, это точно была кошка, их называют мраморными за трёхцветный окрас. Мы остановились. Я чудом не раздавила её. Она без страха в глазах уселась у самого бампера. Что это? Желание умереть от бессилия существовать в одиночестве или хитрая попытка обрести дом? Полина выскочила следом.

– Бедняжка! Слава богу, жива… – С вальяжной грацией потеревшись о колесо, только что чуть не раздавившие её, трепетно мурча, трёхцветная с надеждой побрела к её ногам, сестра растаяла, словно масло на солнце.

Видимо Экзюпери в этих краях не чтят. Я схватила нечастное животное, мысли были лишь о том, что с моим братом сделали что-то подобное, что и стало причиной всему. Она показалась мне такой нежной, словно я вновь прикоснулась к его тёплым живым ладоням.

Брошенная, одинокая, изнывающая без человеческой заботы и тепла. Мне стало жаль её. Огромные желтые глаза смотрели на меня с такой безграничной преданностью, что слёз сдержать было невозможно. Кто же смог так жестоко поступить со столь беззащитным добрейшим созданием. Оставить умирать животное, в доли от людей, у которых можете быть, и дрогнуло бы сердце при виде этого пушистого очарования. Но её бросили на произвол судьбы – одну, в степи под палящим солнцем, оставили умирать. Что же так могло разозлить бесчеловечных хозяев, что подвинуло на такой жестокий шаг, ведь когда-то она была обласканным котёнком, не дика и покорна людской воле, она знала руки и может когда-то даже была любима.

– Мы возьмём её с собой. – Полина поддержала моё решение, она и сама хотела забрать трёхцветную.

– Как делить будем?

– Кого делить? – Кошечка аккуратно улеглась на заднем сиденье, изредка боязливо посматривая на нас своими пепельно-жёлтыми глазами.

– Смотри, какая вальяжная, – улыбнулась сестра, не сводя глаз с нашего найдёныша, а её глаза сияли как два изумруда.

– Хорошая девочка, заберу её себе.

– Но она подошла ком мне… – с детской игривостью возмутилась Полина.

Такого от неё я не могла ожидать. Видимо с возрастом мягче становится не только кожа, но и душа. Или может я не замечала её настоящую под маской, за которой пряталась она истинная.