В лабиринте переходов

Я всё прекрасно понимаю, но в случае твоей гибели, мы лишимся главы, пусть временного, но главы! Это непростительно ослабит нас. Ты, сильный маг и хороший правитель. Как ты мог поставить все на кон в этой бессмысленной дуэли?

– Он не оставил мне выбора. Если бы я проглотил оскорбление и оставил вызов без ответа, то у него появилась бы отличная возможность посеять смуту в наших рядах. Разве не так?

– Так, но…

– Наши люди верят нам, и наша репутация важна ничуть ни меньше, чем обладание Силой.

Жрец, приподнявшийся было со своего места, сел обратно и обреченно кивнул в ответ:

– Это понятно, но что будет потом, если…

– Только боги ведают, что будет потом.

И даже если со мною что-то случится – среди вас есть немало достойных этого кресла. Как боец он силен, но не нужно раньше времени впадать в панику, тем более что в юности нас учили не только магии…

Вызов дежурного связного выдернул Вана-тана из мира снов неожиданно резко. Он открыл глаза и попытался сориентироваться в густом полумраке свой комнаты – получилось не сразу.

– Что случилось?

– Тебя вызывает Локка-тал. Похоже, что это важно.

– Сейчас буду, – пытаясь разогнать дрему, ответил Вана-тан и начал наощупь одеваться.

С тех пор, как Учитель ушел вместе с войском к дальним рубежам, срочные вызовы от него поступали не часто. Занятые решением текущих военных задач, жрецы редко напрямую связывались с Храмом. Дежурные сообщения и поддержание канала от слабеющего Источника Силы – вот и всё, что пока требовалось.

С уходом в поход всех самых сильных жрецов, храм немного опустел – остались только те, кто охранял Источник и поддерживал связь. Молодой жрец, как самый способный, был назначен старшим по связи, но особых хлопот это не принесло. Ночные вызовы стали совсем редкими, и дежурства понемногу превращались в обычную рутину.

Вана-тан зажег светильник и начал застегивать широкий, украшенный золотистым узором, пояс связного.

– Ты уходишь? Что-то срочное?

– Да, пришел вызов.

Меня ждут в Башне Связи, – ответил он, глядя с ласковой улыбкой, как молодая женщина в его постели сладко по-кошачьи потягивается всем своим гибким телом.

– Ты надолго? – сонно пробормотала она, протягивая к нему руки.

– Пока не знаю, но не думаю. Спи, моя Тарива, – он подошел, мягко поцеловал ее в чуть припухшие губы, заботливо укрыл одеялом и вышел из комнаты.

Тарива появилась в его жизни недавно, но уже успела прочно завладеть мыслями.