Кольцо тридцати случайностей

Так что в подобном звонке не было бы ничего удивительного – обычное проявление заботы, если бы он вдруг не продолжил разговор фразой:

– Кстати, совсем забыл, ведь я звонил чтобы тебя предупредить, – Эндрю был явно немного смущен. – Мама решила зайти к нам перед обедом, она хочет просто тебя проведать.

Зачем?!! – невольно вырвалось у Шэеры, но она быстро добавила. – В смысле, я, конечно, очень рада. Но обычно она приходит только когда ты дома и предпочитает обращать на меня как можно меньше внимания…

Кажется, ее муж и сам был сильно удивлен.

– Сегодня она позвонила мне и сказала, что хочет увидеть тебя и, как она выразилась, поболтать о том о сём, – он сделал небольшую паузу и добавил. – Ты уж будь с ней поласковей. Мне кажется, ей самой надоели ваши разногласия, и она хочет помириться.

«Ваши разногласия!» – возмутилась Шэера про себя. – «Как будто, не она одна провоцирует скандалы! Старая склочница!»

Но вслух она ответила:

– Конечно, милый, мне и самой хотелось бы, чтобы наши отношения стали более родственными, она ведь мне почти как мать…

На этой оптимистичной ноте они распрощались, и Шэера отправилась на кухню в еще более мрачном настроении, чем до этого.

На то было уже несколько причин. Во-первых, она с юности ненавидела готовить и делала это всегда с большой неохотой. Разумеется, с таким достатком, как у Эндрю, они могли бы с легкостью нанять домработницу. Но тут не обошлось без вмешательства родственников мужа с глупой семейной традицией под названием: «женщины нашей семьи всегда сами готовили для своих мужей».

Конечно, в будние дни они спокойно пренебрегали этим обычаем и шли обедать в ресторан или кафе. Но когда речь заходила о воскресных семейных обедах, тут уж отвертеться было никак нельзя. И кроме «замечательных» часов, проведенных на кухне за плитой, Шэере приходилось затем вытерпеть тысячу едких комментариев. Вроде таких, как: «обычно мы кладем в салат чуть больше огурцов» или «да, лазанья конечно недурна, но помните, как ее однажды приготовила Кристин».

И девушке ничего не оставалось, кроме как мило улыбаться и отшучиваться, при этом, чувствуя, что в душе клокочет гнев.

А вторая причина, окончательно испортившая ей настроение, носила имя Элен и являлась свекровью Шэеры, которая должна была вот-вот заявиться в гости, что вскоре и произошло.

С трудом натянув на лицо нечто вроде приветливой улыбки, девушка отправилась открывать дверь.