Вампиры не стареют: сказки со свежим привкусом

Несколько мгновений мне кажется, что он не отключится, словно мы оказались в каком-то в фильме ужасов и эта вещь живет сама по себе, но, конечно же, автомат вырубается, как ему и положено.

Наступает тишина. Свет за стойкой меркнет из-за скачка электричества, неоновая вывеска на окнах моргает, а потом напряжение восстанавливается с резким свистом. Откуда-то с улицы в ночи доносится вой.

У меня по коже пробегают мурашки из-за накатившей волны страха. Мы с Навеей переглядываемся.

– Никогда больше не разрешим Брэндону рассказывать нам страшилки, – говорит она, нервно проводя ладонями вверх по рукам.

– Определенно, – рассеянно отвечаю я, вглядываясь в ночной мрак. Я не уверен, что именно и почему я там высматриваю. Просто такое чувство…

Навея вздрагивает, словно от холода.

– Я только что говорила тебе, что, если спеть эту песню, эти уроды тут же объявятся, и ты ее включаешь? Тебе не кажется, что это немного слишком?

– Я же сказал, это не я.

– Ну, кто-то же это сделал!

За окном мелькает тень.

– Наверно, это Брэндон, – бормочет Навея.

– На парковке?

– Что? Нет. Наверно, это Брэндон установил эту песню. – Она выглядывает в большое переднее окно. – Что ты имел в виду, говоря «на парковке»?

– Ничего. Просто мне показалось, что я увидел животных в мусоре, – может, это был Брэндон. Ему вполне могла показаться очень веселой идея напугать нас до ужаса. И всё же. Как он мог установить ее заранее? И Лэндри никогда бы не согласилась на такое.

– Я хочу домой, – говорит Навея, засовывая руки в карманы толстовки. – Это всё уже слишком.

Я вздыхаю. Я тоже хочу домой. Ночь теперь выглядит очень мрачной, словно над нами кто-то подшутил, а мы не в курсе.

Она вытаскивает из кармана телефон, снимает блокировку и яростно что-то печатает.

– Где Брэндон? Так и знала, что надо было заставить его дождаться конца моей смены.

– Могу тебя подвезти, – даже говоря это, я внутренне содрогаюсь. Может, это уже слишком, слишком самоуверенно. Как я говорил, мы, в общем-то, не друзья.

Она поднимает на меня взгляд, и я вижу, как эмоции сменяют друг друга у нее на лице: удивление, подозрение, сомнение, пока, наконец, всё остальное не перекрывается ее желанием как можно быстрее выбраться отсюда.

– Ладно, конечно. Почему нет.

Я улыбаюсь, испытав странное облегчение.