Рид. Новые горизонты

Люди, танцы, ужины, знакомства, встречи и свидания. Вот на свидания с ухажерами я давно не ходила. И тому была причина: у меня был парень. Ключевое слово «был».

Все же воспоминания накрывают с головой, и перед глазами возникают не пальмы и шумные улочки тропического города, а каменные старенькие дома, построенные так близко друг к другу, что, кажется, будто у них одна стена на двоих. Мощеные улицы Эдинбурга, ведущие к самому любимому месту в городе… к замку, расположенному в центре города.

Егор.

Когда он приезжал в Эдинбург, мир расцветал. Все становилось лучше и проще, проблемы и трудности переставали казаться сложными и невыполнимыми. Даже холодный и промозглый дождь, частый гость в столице Шотландии, казался теплым и мягким, когда Егор крепко сжимал мою руку. Мы гуляли по городу, зависали в пабах, даже пару раз встречались со Сьюзен и Майклом, но все же большую часть времени проводили вдвоем. Времени, что мы проводили вместе с Егором, нам катастрофически не хватало, а нужно было сделать так много… Мы даже стали постоянными клиентами одного мини-отеля в Старом Городе.

Тогда казалось, что расстояние между нашими мирами не в силах помешать отношениям. Я любила и была любима. Это ли не счастье? Я ждала каждой новой встречи с Егором, каждое его послание из мира магии. С каким упоением я заглядывала в его карие глаза! В них видела любовь, нежность, радость от наших встреч и печаль, приправленная сожалением, когда он собирался возвращаться обратно.

Во время прогулок мы всегда держались за руки. Егор крепко сжимал мою ладонь, будто боялся отпустить, будто за время нашего расставания мои чувства к нему померкнут или я встречу другого. Да, он как-то признался в своих опасениях. Помню, что улыбнулась и заверила, что этого никогда не случится. Ведь мои чувства к нему были так же сильны, как и раньше. Но Егор почему-то разозлился, и только чудом мы тогда не поссорились. Наши непродолжительные встречи были не такими частыми, и заканчивать одну из них на ругани не хотелось.

Как и не хотелось, чтобы наши отношения вовсе прервались.

Сейчас, находясь в Каракасе, я понимаю, что все заканчивается. Ничего нет постоянного, вечного, незыблемого. Более того, я надеюсь на то, что у всего есть конец.

Только вера, что когда-нибудь мне станет легче, дает силы вставать по утрам и двигаться дальше. Не зря древние говорили, что движение – это жизнь. Это правда.