Рид. Новые горизонты

Маги живут. Города живут. А я? Как же я? Я застряла.

Пустота. Единственное слово, которое приходит мне на ум, когда я пытаюсь понять, осознать свое состояние. Пустота поглотила все: боль, шок, злость, печаль, тоску. Ничего не осталось. Я пыталась не думать о том, что я чувствую. Я ухватилась за поиски отца в надежде отвлечься от мыслей о Егоре. Я много раз читала отчеты частных детективов, анализировала и сверяла данные, полученные Сьюзен и ребятами из клуба. Я старалась изо всех сил отвлечься, бежала от постоянной боли в сердце.

Будто вырвали из него кусок и там пусто, жутко от одиночества, и каждый оголенный нерв кричит от боли и невозможности дотронуться, дотянуться, прикоснуться, заговорить. Егор…

Когда сил терпеть уже не было, я бегала. Выходила на улицы Эдинбурга и бегала. В любую погоду, в любое время. Бегала, бегала, бегала. И сожалела, что у дедушки и бабушки нет собаки. Она бы составила мне компанию. С ней стало бы чуточку теплее и не так одиноко.

Я бегала быстро, и у меня в конце концов почти получилось ничего не чувствовать.

Почти.

На смену боли пришла пустота. Темная, тягучая, почти осязаемая. Она дарила спокойствие и безмятежность. Больше ничто не отвлекало меня, ничто не тревожило и не причиняло беспокойство. Наконец можно было вздохнуть и не бояться, что новый круговорот мыслей и эмоций затянет в воронку безысходности.

Кайса сказала бы, что это бегство. Возможно, я снова пыталась убежать. Раньше я бегала от семьи, пытавшейся создать из меня диктатора, который захватит власть в Коллегии Девяти магов Европы.

Я избегала всяческих интриг, лидирующих позиций, надеясь, что ничего из запланированного дедушкой Сергеем и бабушкой Агатой не получится. После Заговора мамы я опять затихарилась, потом и вовсе сбежала из мира магии. И сейчас я снова пытаюсь сбежать, но в этот раз у меня мало шансов на успех.

От себя убежать невозможно.

Информатор дал мне несколько дней отдыха, прежде чем поиски отца продолжатся. Акклиматизация должна была пройти.

В результате и произошло то, чего я так долго боялась: я осталась наедине с собой. Дома, в Шотландии, со мной были родители папы, друзья, которые всячески отвлекали и не давали предаваться грустным мыслям. А здесь? Здесь никого нет, кто мог бы поддержать и отвлечь. Даже этот человек, что снабдил начальными данными, и тот не спешит встретиться.

(Anastacia – Stamina)

Ужин давно принесли в номер. Он уже остыл. Есть не хотелось.