Рид. Почти каникулы

Но солнце, появляющееся на горизонте, прогоняет ее, привнося с собой ощущение тепла, гармонии и счастья.

Я и забыла, как это замечательно – встречать рассвет на природе. Не в городе и даже не в школе, где с самого раннего утра уже кипит жизнь и маги снуют туда-сюда. Здесь все иначе. Никто не мешает слушать шепот волн, рассказывающий только им подвластные тайны. Никто не торопит на занятия…

– Рид, ты чего застыла? – окликнула Кайса, нарушая волшебство момента.

– Рассвет.

– Вот уж не знала, что ты поклонница солнца, – усмехнулась подруга.

 – Никогда этого за тобой не замечала. Кто там поклонялся солнцу в старину?

– Майя, ацтеки, инки. До этого древние египтяне…

– Все, все. Вообще-то, это был вопрос риторический, – фыркнула Кайса.

– Да? Наверно, не проснулась. Просто рассвет – это всегда так волшебно и неповторимо, – попыталась я объяснить.

– Завтра будет новый рассвет и послезавтра тоже.

– Но ни один из них не будет таким же. Повторений нет. Завтра обязательно что-то уже станет другим.

 – Мы подошли к морю, волны почти касались наших ног. – Было бы просто здорово наслаждаться тишиной и…

– Медитировать, – снова перебила меня Кайса. – Тогда тебе надо топать в пещеру. Там точно никто мешать не будет. И силки проверять не надо.

Я тихо выругалась, но все же вынуждена была признать, что подруга права. Философия и прочие рассуждения вполне могут подождать. Правда, признавать это вслух я не собиралась.

– На пустой желудок много не надумаешь, – раздался за спиной голос Григория, а через мгновение он оказался рядом.

 – О какой это пещере вы только что говорили?

Отвечать ему не хотелось, так что я пошла к заводи, где Кайса уже вовсю проверяла ловушки для рыб.

– Эй, ты не ответила, – Григорий схватил меня за руку и попытался развернуть к себе.

– Значит, не хотела. Отпусти, – сквозь зубы произнесла я.

– Не надо меня злить, – глаза собеседника смотрели совсем не по-доброму. – Дружка рядом нет, так что, сама знаешь, всякое на острове может произойти.

– Что? – мои глаза, должно быть, стали огромными от удивления. – Ты мне угрожаешь?

– Нет. Предупреждаю. Мы должны держаться вместе. Мы же семья. – Григорий отпустил мою руку, в глазах у него промелькнуло сожаление.

– Рогов, – голос со стороны лагеря прервал нас, – Валентина ждет твоего отчета.

– Прихвостень, – тихо прошипел родственник и направился в лагерь. – Мы – семья, не забывай этого, – напоследок бросил он.