Рид. Твой Прометей

Вопрос о размере моих магических сил был для нее крайне важен».

Еще бы, Роговы были чистокровной магической семьей, пока не родилась я – полукровка. Кое-кого такое изменение статуса семьи расстроило и разозлило, но в основном все были довольны. От браков магов и людей рождались дети с сильным магическим потенциалом, и я не исключение.

«Быть может, потому безопасники и вцепились в меня? Все выведывают и выведывают о планах мамы. Но ничего нового и интересного для них я рассказать не могу».

В Коллегии Девяти магов Европы хотят видеть в попытке переворота чисто политические мотивы.

Безопасники не склонны так легко в это поверить.

«Так что же было причиной переворота?»

Неожиданно в дверь постучали, и я чуть было не подпрыгнула на кровати. В комнату вошла женщина-маг.

«Так, еще один безопасник».

Их можно выделить из многих других магов. Безопасники всегда собраны, всегда ожидают подвох. Кроме того, они стараются прятать любые эмоции, чтобы никто не мог догадаться об их мыслях.

И еще у них такой взгляд… Такой, будто они стараются разглядеть все твои сокровенные мысли и секреты.

«Вот только мне прятать нечего. Я и так ничего не знаю».

Женщина-маг мало чем отличалась от остальных своих предшественников. Все тот же строгий деловой стиль в одежде, серьезное лицо и цепкий взгляд. Разве только она была склонна к полноте и невысокого роста. Ничего особенного в этом нет, просто маги исправляют недостатки внешности с помощью силы, если, конечно, силы хватает.

Темные волосы агента были аккуратно собраны в пучок, что придавало ей некоторое сходство с директрисой какой-нибудь школы для людей. Я и в таких училась, но больше для ознакомления с традициями людей, чем для получения знаний.

Молчание несколько затянулось, но меня это нисколько не смущало, скорее даже, наоборот, забавляло, и вообще, как говорила одна героиня Сомерсета Моэма, если уж начала держать паузу, то держи ее до конца. Вот я и молчала, первой не выдержала гостья:

– Здравствуйте, меня зовут агент Бри.

– Здравствуйте, – не вставая с кровати, ответила я, – думаю, мне представляться излишне.

– Мне известно, кто вы, но там, куда мы отправляемся, вам лучше не афишировать свою фамилию.

– Другой нет, – пожала я плечами.

– Но у вас есть отец, так что…

«Началось, – фыркнула я про себя, – если у безопасников заканчивались вопросы про маму, то начинались вопросы про папу».

С папой, Патриком МакКенси, мы давно не виделись.