Хранитель

 – Ведите себя прилично!

Кирилл сделал шаг вперед, замер, отодвинулся назад. Дружеская улыбка сползла с его лица и сменилась глубокой задумчивостью.

– Комаров, смени дискету на флешку, тормозишь, – подтрунивал Тимур.

Мама метнула на него предупреждающий взгляд, парень поднял ладони вверх.

– Алиса же! – просиял Кирилл, уставившись на девушку. – Ты так… выросла… Не узнал бы тебя никогда, встретив на улице.

– Мне кажется, он себя в зеркале не всегда узнает, – шепнул Тимур Артуру, Алиса сжала губы, подавив улыбку.

Мама тяжело вздохнула, но промолчала. Кажется, она изо всех сил сдерживала себя от нравоучений.

– Привет, – пробормотала Алиса, заправляя волосы за ухо. – Ты тоже… повзрослел.

Она не любила Кирилла в детстве, потому что он частенько бегал за ней, дергал за косы и подшучивал. Искать защиты ей было не у кого, а потому она предпочитала просто не попадаться ему на глаза. Если в их компании был Рома, то Кирилл держал себя в руках, а при Артуре и вовсе делал вид, что не знает ее.

– А вы пришли… потому что…

Артур с Тимуром одновременно вздохнули.

– Меня Александр вызвал, но не сказал, зачем… – взгляд Кирилла перепрыгивал с мамы на Алису.

– Тебя вызвал? – уточнила мама, задумчиво.

– Да… да…

Мама поджала губы, посмотрела на Артура. Тот удрученно кивнул и пожал плечами. Алиса потеряла нить разговора, Кирилл продолжал думать.

– Я сейчас ему втащу, – прошипел Артур.

– Фу, ну как некрасиво, – поморщился Кирилл. – При дамах…

– Какие слова ты выучил.

– Ну- ка, оба затихли! – шикнула мама. – Это что такое?

Они не успели ответить, потому что дверь за спиной Кирилла распахнулась, и на пороге возник Александр. Он внимательно оглядел собравшихся, задержал взгляд на маме и улыбнулся ей так тепло, словно это была его самая любимая женщина. Он всегда так улыбался, когда приходил к ним.

– Добро пожаловать, – произнес он.

Его глаза лучились, пока они с мамой смотрели друг на друга. Как только взгляд главы метнулся к Артуру с Тимуром, то стал строгим, серьезным, брови съехались к переносице.

– Спасибо, – произнес он, обращаясь к сыну. – Свободны.

Артур проглотил слова, Кирилл ухмыльнулся так же, как в детстве, когда за его проделки наказывали других.

– Мы уже говорили утром, – поправил себя глава, заметив лицо Кирилла. – Вы и так в курсе.

На лице Комарова отразились злость и удивление, но, кажется, Александр именно этого и добивался.