Как я убила Бога, или История моего падения

А у убитой было много психических отклонений, судя по домашнему интерьеру и самому характеру её убийства. И вот бинго! На последней странице значилось: Вольский Савелий Александрович, психолог, далее указан его номер и адрес. Я решила набрать; как ни странно, ответили сразу:

– Вольский, слушаю.

– Здравствуйте, вас беспокоит следователь Орлова.

После паузы послышался ответ:

– Чем обязан?

– Вы психолог, верно?

– Вы нуждаетесь в помощи? Сразу хочу вас предупредить: за полицейских не берусь; это небольшое исключение в моей практике, вы – неизлечимы.

Подобного хамства в свой адрес я ещё не слышала, но всё же сдержала себя и достаточно спокойно хотела продолжить разговор:

– Вас посещала Алексеева Кира Сергеевна?

– Это информация частного характера! Вы с ума сошли, такое спрашивать по телефону?! Меня много кто посещает! – услышала я сердитый ответ.

– Киру Алексееву убили.

Равнодушный голос с ноткой сарказма на другом конце провода холодно произнес:

– Каждому отмерен свой срок.

Моё терпение лопнуло:

– В вас нет ни капли сочувствия. Я вас не знаю, но уверена, что вам не стоит работать психологом. Как вы помогаете людям, если сами нуждаетесь в помощи?!

– Вы можете мне помочь?

Я немного растерялась:

– В смысле?

В трубке послышалось частое, прерывистое и громкое дыхание – видимо, Вольский еле сдерживался от смеха:

– Видите ли, уважаемая Орлова, от женщин я принимаю лечение только одного плана, и то если они в моем вкусе.

– Какого плана?

– Я понимаю, вы хотели бы мне помочь… – слышалась уже явная ирония, – но, боюсь, вы уже не в моем вкусе. Прощайте!

Послышались гудки. Вот стервятник этот Вольский! Вздумал надо мной издеваться! Интересно, с ним вообще можно говорить о серьёзных вещах? Странный какой-то психолог. Может, он и не психолог вообще! Завтра сама к нему поеду и проверю, заодно и преподам урок вежливости.

Раздался стук в дверь.

– Да, да, – ответила я.

В кабинет зашла зрелых лет тучная женщина с «гнездом» на голове:

– К вам можно? Вы Вероника Андреевна?

– Да. А вы Яна Павловна?

Женщина кивнула, я предложила ей присесть напротив меня.

– Вы по поводу Алексеевой? Слышала про ее убийство; хоть и непутевая мать была, да все равно жалко.

– Что вы можете рассказать про Киру? В каких условиях она жила?

– Я осуществляла за ней контроль три года.