Домовой для недотроги

Я знала, что побледнела, но постепенно поняла, что моего мужа здесь нет и надо перестать проецировать на остальных его поведение.

– Эй, все хорошо, Арин – он немного нахмурился, но увидев, что я всматриваюсь в его лицо, чуть улыбнулся мне. – Я только хотел сказать, что меня нельзя ранить, я же дух.

– А как ты это делаешь? – я взяла себя в руки, чтобы не выглядеть трусливой идиоткой, хоть это и был всего лишь домовой. Но как сказал Антон Павлович Чехов «Хорошему человеку бывает стыдно даже перед собакой», а тут такое разумное…кхм, существо.

– Ну я как бы исчезаю на это время, мое материальное тело.

– А ты сам это контролируешь?

– Нет, оно само.

– Но как тогда у тебя появились эти шрамы на спине?

– Это сложно объяснить, я не хочу об этом. Потом, может быть, узнаешь.

– Ладно…Подожди,…получается… – меня осенило – вилы тебе бы никак не навредили? – я уже знала ответ, но мне надо было услышать это от него.

– Да, я не хотел тебе говорить, потому что видел, тебе с ними легче.

Уж не знаю, чем тебе приглянулись именно вилы, та же тяпка, например, или молоток тоже могут стать оружием. – А меня затрясло. Я в тот момент была уверена, что смогу бороться, драться, делать все то, чего запрещал делать Руслан. Делать это, чтобы в кой-то веки защитить себя от того, чего я не хотела. А выходит, все это было иллюзией. Я снова беззащитна. Если этому Домовому придет в голову что-то сделать со мной, то он сотворит без особых усилий, а я ничего не могу противопоставить.

– Арин, ты чего? – Я «держала» лицо до последнего. Но мне было тошно и страшно. Слезы скапливались в глазах, делая нижнюю половину картинки размытой и норовя прорваться наружу, двумя солеными дорожками. Я бежала сюда, на край цивилизации, в глухую деревню в тайге, чтобы избавиться от этих чувств, избавиться от страха. От страха попасть снова в зависимое положение. И если не совсем победить это, то хотя бы не вздрагивать от ужаса и отвращения каждый раз, когда меня касается мужчина.

А теперь ужасы снова возвращаются, они со мной, от них не уйти. Я пятилась задом к двери и когда увидела, что мужчина делает пол шага в мою сторону, я истерично взвизгнула:

– Не подходи!

– Арина, я же…

– Уйди! Пожалуйста, уйди! – взвыла я раненым зверем. Из кухни я уже вышла, точнее выпятилась задом и стояла напротив входной двери. Я боялась, что он просто растворится и я не смогу узнать, где он. Но, кажется, он понял, что так делать не стоит.