Артуриана

– И ты говоришь, у нее нет магии? – Мерлин неодобрительно взглянул на Ниниану и покачал головой. – Не знал, что ты владеешь огнем, девочка! Это не свойственно никому из нас, но лишь тем, кто повелевал землей прежде… Неясно, откуда этот дар перешел к тебе. Возможно, ты из их расы, одна из них. Небесный огонь… Надо же! Но не бойся, ты научишься его контролировать, а не научишься – сожжешь себе руки. Так что выбирай.

Он опустился на траву рядом со мной и бережно осмотрел мои ладошки.

– Кендра, – позвал он одну из моих подруг, – Принеси-ка мазь, ту, что от ожогов, сейчас мы быстро исцелим нашу Моргану.

Кендра метнулась к дому, а я беззвучно плакала от боли и пережитого ужаса.

Вечером, когда мы вернулись к хижине и всем уже было ясно, что я продолжу обучение, перед сном мы вдвоем с Артуром сидели на поляне. Пользуясь тем, что брат еще ребенок и вряд ли поймет многое из того, что я скажу, решила поведать ему историю о том, как побывала в доме леди Вивианы, как оказалась на берегу чудесного озера, какие видела цветы.

И о том, как познакомилась с Ланселотом. Малыш слушал, раскрыв рот, так, будто я рассказывала занимательную волшебную сказку. Однако, когда дошло до описания чувств, охвативших меня при встрече с юношей, когда сказала, что это было в точности, как в легендах, где принцессы встречают своих верных рыцарей, Артур вдруг нахмурился, а потом решительно прервал меня.

– Нет, – заявил он, неожиданно твердым для ребенка голосом. – Нет, так быть не может!

– Почему? – удивилась я.

– Потому что я – твой рыцарь. А ты – моя принцесса, – ответил Артур. – Когда вырасту, женюсь на тебе!

Я от души рассмеялась и ласково обняла мальчика за плечи, но он обижено отстранился.

– Почему смеешься?

– Потому что ты не понимаешь, что говоришь.

– Я все понимаю! Понимаю! И когда стану королем – обязательно женюсь на тебе!

– Нет, не женишься, – я покачала головой.

– Почему?

– Во-первых, королю не так-то просто выбрать себе жену. Во-вторых, потому что я старше тебя, а вокруг будет полным-полно молодых красавиц.

Ну и в-третьих, потому что я – твоя сестра. А на сестрах не женятся.

– А я – женюсь! – возразил он.

Решила не спорить, в конце концов, он был еще слишком мал и слишком упрям, чтобы подобные споры имели смысл. Но что-то подсказывало, наверное, это были зарождавшиеся магические силы, что любви моей к Ланселоту не суждено стать счастливой, но не знала тогда, как именно все случится.