Артуриана

Конечно, я не ощущала себя той могущественной колдуньей, которой Мерлин предсказал великое будущее, но каким-то чародейством владела.

А потом все забылось – дни мои озарились радостным светом вновь вспыхнувшей любви, ибо ко двору явился Ланселот дю Лак, прозванный Озерным, сын леди Вивианы, явился, чтобы участвовать в турнире и просить позволения стать рыцарем, дабы служить своему королю.

Едва я увидела его, как мое сердце забилось с новой силой, и я почувствовала знакомые токи огня, благо теперь умела контролировать бушующее пламя и не опасалась спалить весь город.

Ланселоту едва исполнился двадцать один год, из мальчика он превратился в мужчину и стал еще прекраснее – ни разу не видела я человека, к которому бы так тянулись женские сердца, ни одну не оставлял он равнодушной, и едва только прибыл в Камелот, как все, от знатных девиц до престарелых служанок, шептались лишь о новом красавчике, что появился в городе. Он же был серьезен, не склонен к шалостям, отвечал на заигрывания девиц вежливо, но не позволял лишнего.

Я увидела его прямо перед турниром, не могла оторвать от рыцаря глаз, а после, презрев все обычаи, решилась пойти и приветствовать его. Вытащила из волос белую ленту, что удерживала косы, и протянула Ланселоту, приблизившись.

– Приветствую тебя, рыцарь, – улыбнулась я. – Вижу, ты хочешь участвовать в турнире? Не хочешь ли стать рыцарем белой ленты?

На несколько мгновений он застыл, пораженный таким странным знаком внимания от знатной дамы, а мое происхождение выдавали богатое платье и плащ, украшенный коронами, – символами королевского дома.

А потом ответная улыбка вспыхнула на его лице – он узнал меня.

– Леди Моргана! – радостно воскликнул он, поклонившись. – Разумеется, почту за честь принять эту ленту и биться за победу, чтобы прославить ее владелицу. С этими словами он бережно взял кусок белого кружева и повязал на древко копья.

– Рада тебе, Ланселот, рыцарь белой ленты, – мне казалось, в эту минуту тот мог видеть все тайные чувства на моем лице, и, наверное, так и было.

Он вдруг смутился, кивнул и ответил, что тоже счастлив, сказал, что я стала еще прекраснее, и он рад, что я заняла место при дворе, достойное моего происхождения.

– Да, теперь уже не похожа на девчонку в рваном белом платье, как тогда в Броселианде, – засмеялась я. – Что ж, удачи. Надеюсь, победа останется за тобой, а после – буду ждать тебя при дворе. За Круглым столом еще довольно пустых мест.