Келпи. Граничные земли

– Милорд, мы оба знаем, что не колдовство явилось причиной того, что я оказалась в замке, – сказала Идилис, – А мои отношения с вашим сыном…

– Это правда, что вы стали мужем и женой? – поинтересовался граф.

Девушка утвердительно кивнула.

– Я прошу вас, если вы не можете принять наш брак, позвольте нам уйти. Мы уйдем туда, где никто и никогда нас не найдет, где никто не слышал про клан МакНейлов, где люди не знают о том, что значит неравенство, что значат сословия.

Граф Роберт печально улыбнулся.

– Неужели, ты серьезно думаешь, что я позволю своему сыну уйти с какой-то ведьмой? – тихо сказал он. – Что я потеряю своего наследника просто потому, что тот был околдован? Я знаю Терри, он никогда бы не ослушался воли отца. Он был хорошим и преданным сыном, только колдовство могло вынудить его заключить этот постыдный брак, и мой долг освободить его от этих порочащих уз! Надеюсь, никто и никогда не узнает о том, что подобное происходило когда-то!

– Я никогда не удерживала Терри колдовством, никогда не пыталась привлечь его с помощью магии, – ответила Идилис, – То, что произошло между нами, произошло по воле Бога, и лишь он может нас судить.

– Ошибаешься, – взгляд графа вдруг стал жестким, – Я буду тебя судить, и если мы докажем твою вину, ты будешь сожжена на костре.

– По вашему приказу озерные люди сожгли мой дом и убили мою мать, неужели, этого мало? Неужели, это недостаточная цена, чтобы позволить нам уйти? – снова спросила Идилис.

– Ты много на себя берешь, ведьма, – хмуро ответил граф, – Я надеялся, что ты раскаешься, но ты, я вижу, не намерена этого делать.

– Мне не в чем каяться, – ответила она. – Я никому не причиняла зла. Разве это я хочу убить собственного сына?

Вместо ответа Роберт хлопнул в ладоши, вошли стражники, чтобы проводить девушку в темницу.

– Если ты попытаешься сбежать, клянусь, мой сын умрет, – сказал он на прощание.

Когда за ней закрылась дверь – старый граф задумался. Девушка была очень красивой, она казалась смелой и искренней. При других обстоятельствах, он был бы готов признать, что, несмотря на свое происхождение, она могла бы стать графиней МакНейл. Но она была ведьмой.