Мириана

Хотя, кто возьмет деньги с королевы в Туанге? Это совершенно невероятно!

Перед тем как отправиться в путь, она простилась с портретами родителей, постояла молча в их комнате, чувствуя легкое волнение, от которого приятно кружилась голова. Простилась она и с местом, где была погребена Сун Ли и с храмом Великой птицы, которую просила о защите и покровительстве. И с приятелями – богами на славянском капище. Простилась с дорогим Каоламом и со жрецами, которым официально передала правление до своего возвращения.

По тому как Чи-Тоан схватил золотое перо – символ королевской власти, Мириана поняла, что он не так легко согласится расстаться с ним.

– Пусть будет с тобой защита, что дают нам небеса, – сказал ей на прощание Каолам. – И помни, при малейшей опасности – немедленно возвращайся во дворец! Мы всегда ждем тебя.

– Я не забуду, – ласково улыбнулась Мириана, погладив советника по щеке.

Будущий жених, господин Схайлайн также навестил ее перед путешествием. Он преподнес королеве в дар драгоценный серый плащ, способный, по его словам, согреть в любую непогоду, и пожелал счастливого путешествия.

– Я буду более других ждать вашего возвращения, королева, – с этими словами он снова поцеловал ей руку, чуть дольше задержав ее, чем позволяли приличия, и заглянул ей в глаза, от чего Мириана смутилась и покраснела.

– Спасибо за чудесный подарок и добрые слова, – улыбнулась Мириана в ответ. – Я тоже буду ждать встречи. Буду ждать с нетерпением.

Он снова улыбнулся и почтительно поклонился. Ничто не выдавало жестокого и бессердечного злодея, каким описывал его Каолам, и Мириана снова подумала, что возможно старый советник ошибся.

Стоя на мосту у дворца, молодая королева смотрела на вереницу повозок, что растянулась внизу.

То был сопровождающий ее караван. Но она полетит одна. Не связанная никакими обязательствами и законами, принадлежащая только себе.

Мириана вскинула белые крылья и стремительно бросилась в пропасть. Ее путешествие длиною в год началось.

Иногда десятки и сотни лет проходят безо всякого смысла. Но иногда один год стоит целой жизни.

Глава четвертая.