Невеста поневоле, или Чужой трофей

Безжалостно терзая их, я поднимаюсь туда сам, после чего сбрасываю с небес на землю, получив желаемое.

Старик на секунду оборачивается. В его взгляде тревога. Неужели она его родственница? Племянница? Дочь? Плевать! Даже если ему известна моя репутация, возражать старик точно не станет. Не в его интересах. Впрочем, мы не смогли бы с ним договориться, будь у него хоть дюжина таких дочерей!

Девчонка покорно следует к стойке, изображая смирение. Черт, а у нее неплохо выходит! Жила бы на Первом или Втором кольце, крутила бы задом на сцене, участвуя в вечерних спектаклях.

Даже учтиво поклонилась, зараза!

– Как тебя зовут? – зачем-то спрашиваю я, отпивая кьяр, который старик уже успел сунуть мне под нос.

Молчит, дрянь. Дольше, чем следовало!

– Извините, сэр, но тетушка не велит мне знакомиться мужчинами. Она говорит, это будет дурно влиять на мою репутацию, – все же отвечает девица, пытаясь вложить в голос хоть каплю уверенности. Получается у нее плохо. Я слышу, как голос дрожит, а грудь, стянутая тугим корсетом, вздымается и опускается.

Жаль, что под ним платье, с высоким горлом. Было бы любопытно взглянуть, что эта «недотрога» так старательно от меня скрывает.

Я поворачиваюсь к ней. Боится, но гнет свою линию. Продолжает игру. Что ж, она еще не знает, что выйти из нее она может только проигравшей. Победитель здесь один. Я.

Трусливо прячет взгляд, стоит мне только заглянуть в ее зеленые глаза.

– Я смотрю, твоя тетя знает толк в том, как набить цену, – усмехаюсь я.

Меня начинает забавлять эта девчонка с ее ужимками.

Вскидывает голову, отчего чепец чуть съезжает на затылок, демонстрируя мне копну красных волос. Неужели злится?

– Я не товар! – упрямица девчонка.

– Все продается и покупается, – с уверенностью отвечаю я, глядя, как ее щеки наливаются краской. – Просто у каждого товара своя цена. Столько хватит? – мои губы изгибаются в кривой ухмылке, а на стойку падает один золотой. Этого хватит, чтобы кутить в борделе по соседству пару месяцев.

Уверен, она прямо сейчас потянет вниз за шнуровку корсета, не стесняясь присутствия старика.

Но вместо этого девчонка тянет свою тонкую ручку к чашке с кьяром.

– Этого хватит, чтобы я возненавидела вас! – выплевывает мне в лицо и следом на него же выплескивает горячий кьяр.

– Маленькая дрянь! – кричу, соскочив с места, вытирая лицо рукавом камзола.

За спиной слышу топот ног и звон чертова колокольчика над дверью булочной.