Красно-желтый мир

Прошло полгода, но до сих пор у нее не хватало мужества переступить порог и нарушить порядок, царивший при жизни бабушки, словно так можно было осквернить память о ней.

«Дождусь Марка, и мы вместе переберем все вещи, может, тогда на сердце станет немного легче», – решила Ева, и, отгоняя назойливые грустные мысли, попыталась сосредоточиться на просмотре какой-то бестолковой передачи о вреде курения.

…

На рассвете Еву разбудил настойчивый телефонный звонок. Еще не совсем проснувшись, она нащупала рукой настойчиво вибрирующий на прикроватной тумбочке аппарат:

– Алло!

– Я хотел позвонить раньше, – затараторил в ухо приятный мужской баритон, – но вовремя вспомнил, что ты страшная засоня! Зато сейчас, когда практически все население страны уже закончило свой утренний туалет и приступило к работе, я, не страшась быть обруганным, хочу сказать – прости меня, любимая, я был не прав!

Слушая нескончаемый монолог Марка, Ева, щелкнув выключателем ночника, посмотрела на будильник.

Стрелки часов упрямо показывали полшестого, несмотря на уверения Марка о всеобщем пробуждении и начале рабочего дня. Дождавшись небольшой заминки в безмятежно льющейся речи, девушка вкрадчивым голоском пропела:

– Так, значит, говоришь, значительная часть населения уже закончило свой утренний туалет?

На другом конце провода воцарилось напряженное молчание. Ева так ясно представила себе оторопелое выражение лица Марка, что еле удержалась от смеха.

Несмотря на ранний звонок, разбудивший ее так некстати, злиться совсем не хотелось. Молчание затягивалось, пришлось девушке первой его нарушить, поскольку она уже стала опасаться, все ли в порядке с Марком и не окаменел ли он с трубкой в руке.

– Ты там не заснул случайно? – кротко поинтересовалась она.

В ответ трубка тяжело вздохнула.

– Любимая, скажи только, когда я могу к тебе приехать?

…

До полудня время пролетело незаметно. Ева так погрузилась в работу, что не заметила, как наступил обеденный перерыв.

Отложив чертежи, она весело кивнула своему коллеге:

– А обедать мы сегодня собираемся, как Вы полагаете?

Петр Карлович оторвался от бумаг и поднял на девушку усталые глаза.

– Дружочек, что-то не хочется сегодня идти в столовую, если тебе не трудно, захвати какую-нибудь булочку, я здесь чайку потом попью.

– Договорились! – Ева натянула шубку и выбежала из комнаты.