Дрянная помощница для мастера

Под конец на выходе и вовсе натянула кроссовки вместо туфель. Да и туфель у меня нет. Точнее, только одни, скромно выглядящие – для собеседований и прочего такого, когда надо выглядеть серьезно и официально, а так в основном только кеды, кроссовки. Я думаю, кроссовки, если они красивые, для свидания тоже хороши, тем более если предполагается длительная прогулка в музее.

Сердце забилось чаще при подходе к машине Марка. Вот он выходит, лично открывает мне дверь. Тронулись. Не знаю, почему, но я все-таки надеялась на знак внимания в виде цветов, но никаких букетов мне вручать не спешат.

Букет мне и не нужен – куда бы я его дела. Ушла на ночь глядя с Леной, а вернулась с букетом, мама бы сразу все поняла. Но сам факт, что если цветов нет, то и заинтересованности тоже наверняка сильной нет. Да и вспомнил Марк обо мне, только когда я сама позвонила. Это тоже о многом говорит. Приуныла.

Да, большой любовью с первого взгляда тут не пахнет, но хоть в музей в кои-то веки попаду, еще и в приятной компании.

Я там не была… со школьных времен, кажется. Нас иногда классом гоняли туда. Скучнейшие мероприятия.

Дорога прошла приятно в интересных легких разговорах. Приехали. Художественная галерея.

– Сюда мы приехали для разогрева, – говорит Марк, входя в зал. – Ты всю ночь продержишься? Я планирую посетить как минимум пять мест.

– Кхм. Я очень выносливая, – зевнув, отвечаю я. Ночь-то я продержусь, но завтра утром на работу, и вот это будет действительно тяжко.

В этот раз все было не так. Не так, как в школе. Марк буквально заразил меня своим восторгом интересом. Столько знает. Словно заправский экскурсовод, повел меня по залам, легко, походя, вываливая на меня тонны информации о картинах, об их авторах, причем не какие-то сухие факты, а вот именно самое любопытное и острое. В какой-то момент возле меня и Марка начали собираться люди, а потом они же стали, словно привязанные, ходить за нами по залам.

Увлекшийся Марк даже, кажется, не против, с вдохновением рассказывает истории не только мне, но и остальным присоединившимся. Я как бы тоже не против, но забавно. В такой ситуации еще не приходилось бывать.

И вот, тихий зал, большая картина. Я не знаю, кем или чем больше любоваться – картиной или Марком. Он сам словно сошел с картины, а говорит так вдохновенно, возвышенно. Возле нас собрались уже все, кто был в зале, тишина, и только голос Марка.