Цена свободы

Две половины одного целого. Никогда бы не подумала, что бывают такие сильные чувства. После смерти моих родителей, он стал для меня самым близким и родным человеком на планете. Он был, не побоюсь этого слова, безупречным. Лучшее, на что я могла бы рассчитывать. Ключевое слово был. Теперь его нет. Его убила я. По крайней мере, так считают те, кто держит меня в этом следственном изоляторе. Порой, я начинаю им верить. Быть может это и правда моих рук дело?

Уже завтра состоится суд, где мне вынесут окончательный приговор.

Смертный приговор. Иного я и не жду. Для них я убийца, одна из многих, от которых они так стремятся избавиться. Ничтожное существо, которому нет места в современном обществе.

Я молча повернула голову, осматривая то место, которое всем сердцем ненавидела. Небольшая комнатушка с выкрашенными в зеленый цвет стенами. В ней расставлены шесть двуярусных металлических кроватей, крошечное зарешеченное окно, три стареньких тумбочки – вот и все убранство.

По началу, было непривычно.

Я много плакала. Это не помогало, и я взяла себя в руки. Твердила себе: «Не виновных не сажают, тебя оправдают. Это все временно. Как только они выяснят все обстоятельства дела, ты выйдешь на свободу и заживешь прежней жизнью». Хотя разве я смогла бы жить без Кости? Разве что существовать. Спать, есть, мыться, работать, но не чувствовать. Просто бесчувственная кукла. Не более того.

Интересно, что чувствуют те, кто идет в свой последний путь по длинному коридору, который ведет лишь в один конец? Вероятно, я это завтра узнаю, но рассказать уже никому не смогу.

Завтра меня убьют. Безжалостно.

Думая о смерти, я облегчала свои страдания. С одной стороны, умирать было страшно, но с другой, я наконец-то стану свободной, обрету покой и увижу его – моего Костю. Мы снова будем вместе. Да, смерть для меня единственный существующий выход. Еще несколько месяцев назад я и подумать не могла, что буду так думать. Ведь я любила жизнь и умела ею наслаждаться. Хотела путешествовать и строить карьеру.

Хотела создать полноценную семью, родить ребенка от любимого человека. Теперь этому не суждено будет сбыться. Никогда.

Мои тоскливые размышления прервал резкий, грубый мужской голос.

– Заключенная Ким, на выход, – пробасил он, обращаясь, судя по всему, именно ко мне.

Я покорно сползла с тюремной койки и направилась к выходу, не обращая внимания на других заключенных. Я слышала, что они о чем-то говорят, но слов разобрать не могла.