Несносная помощница для Цербера

Надо только показать, что ты воспринимаешь его интересным рассказчиком, и пусть он блистает, упиваясь собственной значимостью. Конечно, он потом будет тебя считать приятным собеседником.

– У меня складывается такое впечатление, что вы в принципе не очень жалуете мужчин.

– А надо?

– Мне насторожило то, как покладисто вы вели себя на совещании. Какие цели вы преследовали?

– Ну, вы попросили, и я из глубокого уважения к вам, моему обожаемому начальнику…

– Очень смешно.

– Да просто присматривалась, создавая о себе хорошее впечатление.

Мне же надо заводить тут знакомства.

– Зачем?

– А кто меня кормить будет? Сейчас заведу знакомства, и пусть водят на обеды. А я их за это буду слушать, повышая самооценку и чувство собственной значимости. Может, если кто понравится, и на ужин позволю сводить.

– Елизавета Натановна, вы…

– Классная? Продуманная? Хитрая? Милая? Уникальная?

– …Порой невероятно напоминаете мне своего отца.

– Да ладно. Я на него вообще не похожа. А вы что, действительно с ним близко общаетесь?

– Приступайте к работе, Елизавета Натановна.

Ушел. Вот зачем тайны на ровном месте разводить? Сказал бы, например, да… я тоже внебрачный сын нашего любящего погулять отца. И меня он тоже не переваривает, поэтому свел нас друг с другом в наказание за его грехи.

Ладно. Что-то везет моему начальнику. Такую хорошую и представительную помощницу отхватил себе. Надо пакость какую-то придумать на завтра. Сегодня я ведь решила побыть хорошей девочкой.

Возвращение домой вечером оказалось не менее мучительным, чем утренняя поездка на работу.

Напугала сидящих у подъезда бабулек своим зверским озлобленным видом. Так не пойдет. В новой квартире внимательно осмотрела комнату-склад. С болью в сердце, но все-таки отобрала несколько брендовых и практически новых вещей, которые я толком не носила, потому что они мне нравились чуть меньше, чем другие. Не поленилась, вышла на улицу и сфотографировала все под хорошим освещением и на фоне природы. Выложила потом фото на сайте, где многие продают личные вещи. Сердце кровью обливалось, когда ставила на все незаслуженно низкую цену, лишь бы быстрее купили.

На несколько вещей нашлись покупатели этим же вечером. Причем в итоге один приехал и забрал вообще все, что я выложила на продажу. Спрашивал, нет ли еще чего, от чего я хочу избавиться. Ну уж нет!

Ближе к ночи, заливаясь слезами от жалости к себе и по потерянным вещичкам, вкусно ужинала дорогой и полезной едой.