Искры летнего костра

Несмотря на то, что в собственных мыслях нахожу чертову кучу доводов для того, чтобы отставить панику, сердце противоречиво бьется всё реже с каждым его шагом, а потом, когда я достигаю пика волнения, начинает мгновенно выбивать грудную клетку своими мощными ударами.

В нос проникает его аромат. Он всегда пахнет по-особенному, всегда обращала на это внимание. Думаю, потому что мне просто нравится запах его парфюма? Будто горная свежесть, вперемешку с цитрусовыми ароматами.

Обычно такой аромат вызывает спокойствие, но, конечно, не в этот раз.

Сейчас оно совершенно неуместно в сложившейся ситуации.

По телу пробегает крупнейшая дрожь и неприятный холодок, когда, не переставая идти, Егор ловит меня в фокус своего взгляда и встречается с моими, наверняка испуганными, глазами. Мгновенно понимаю, что гамма его эмоций ещё ярче, чем показалось изначально. Будто от одного взгляда меня могло снести с ног сильнейшей ударной волной. Горло сцепили мощные тиски, и я тут же пожалела, что полезла в чужие отношения.

Ну что мне не жилось-то спокойно? Говорила мне мама – никогда не лезь в чужие разборки, всегда останешься виноватой. Видимо, тот самый случай. Не делай добро – не получишь зла. Вот уж точно. Почему такие умные слова приходят в голову только сейчас, а не перед тем, как я совершала свой альтруистический поступок?

Не понимаю, к чему себя готовить, и оторвать взгляд от подступающего Холодова не могу, он буквально гипнотизирует.

Холод и презрение – вот что однозначно замечаю по отношению к себе в карих глазах. Это так же точно, как то,  что солнце горячее, а  Земля не стоит на трех китах.

Отчего-то на уровне подсознания понимаю, что точно не хочу видеть в его глазах столько ненависти.

Он делает то, чего я совсем точно никак не ожидаю – просто проходит мимо, оставляя за собой гнетущую атмосферу и легкий шлейф своего аромата. Правда, успевает сделать то, от чего на меня буквально тут же осыпается груда неподъемного груза.

– Спасибо за сообщение, Майя, – говорит он едва слышно, в тот момент, когда его плечо задевает моё.

Немного теряюсь от неожиданности и напряжения, но удерживаю на ногах. Однозначно, если бы Холодов хотел меня толкнуть, то сделал бы это.

Всеми остаются не замечены слова Егора, но я мгновенно бледнею, словно мел. Он знает, все знает. В этот самый момент становится безумно страшно.