Приговоренный

Приговоренный

Виктория Викторовна Михайлова

Какой будет наша страна через пять десятков лет? Мир меняется, и мы постепенно меняемся вместе с ним. Наши дети и внуки построят для себя новую реальность, где человек так же смертен, и так же может ошибиться. Но это не беда. Ведь все можно исправить. Стоит только запустить самую обыкновенную машину времени.

Содержит нецензурную брань.

Виктория Михайлова

Приговоренный

Моя семья

– Сдал? – донесся из соседней туалетной кабинки голос моего сокурсника Аликбека.

– Не-а, – буркнул я, тупо разглядывая одну и ту же попадающуюся на глаза надпись. На дворе конец века, а люди все ещё пишут маркерами на стенах общественных уборных!

–Да чего там физику не сдать?! – возмутился приглушенный пластиковой перегородкой голос.

– «Босс» меня дискриминирует, – пытаясь застегнуть джинсы одной рукой, буркнул я, – потому что гомофоб.

– НАГЛАЯ ЛОЖЬ! – раздалось с другой стороны. Я подскочил от неожиданности.

Боз Орашевич, мой преподаватель по физике, которого все зовут «Босс» не только за созвучное имя, дожидался меня у зеркала.

Аккуратный и невысокий, он внимательно разглядывал себя в огромном зеркале. Как и многие таджики, он выглядел так, что невозможно было определить его возраст. В меру глубокие морщины у него уже появились, но было их немного. А седых волос вообще не наблюдалось. Профессор достал из нагрудного кармана маленькую расческу, провел по волосам и, придирчиво оглядев себя в последний раз, повернулся ко мне.

–Вы не можете сдать зачет, – спокойно сообщил Босс, – потому что вы, Владимир Ильич, имбецил. И ваши родители тут совершенно ни при чем. Даже вы должны это понимать.

– Просто я гуманитарий, – я тоже подошел и притулился рядом.

– Так и поступали бы на геофак, – развел руками Босс.– Зачем вы мучаете себя, меня и ваших УВАЖАЕМЫХ родителей? Что навело вас на мысль, что вы должны стать историком? Это же адский труд! Нужен определенный склад ума, если вы не готовы осесть на веки вечные где-нибудь в провинциальном архиве.

Тут и физика, и высшая математика. И сопромат. А вы, извините, с первого курса по моему предмету филоните. Чтением книг можно было обойтись раньше, лет эдак сто назад.

– Я ему помогу, – к зеркалу с другой стороны подошел Аликбек, – это ж физика! Там же все на поверхности!

– А на работу вы вместе устроитесь? – сурово осведомился Босс, – будете за своего друга на кнопки нажимать. И на «точку» с ним пойдете?

Мой приятель потупился.