Огонек для холодного босса

Трогаю его за пальчики, делаю лёгкий массаж ладошек, которые он с трудом разжимает из кулачка. Немного расслабляется, помня, что сразу после этого мы идём в бассейн, где даёт жару.

А сегодня он расслабляется. Не плачет, лишь тяжело дышит от пролитых слёз. Устал, бедненький…

Целую его в макушку.

Это странно, но я дико соскучилась. Будто не видела его не неделю, а несколько месяцев. И так радостно на душе, что никакой гром и дождь за окном не пугают.

Такое я чувствую редко. Только к Еве, своей племяннице и крестнице.

А тут совершенно чужой ребёнок…

Это плохо. Привязываться нельзя. Это я уяснила за годы практики.

Я всегда даю себе мысленные оплеухи. Но не сейчас…

Убаюкиваю мальчика, засунув ему в рот соску, всё это время прикреплённую к слипу, и напеваю ему колыбельные, которые раньше пела нам с Милкой мама. А потом сестра делала это своей дочурке.

Давно я этого не делала… Слова путаются, пропадают из-за памяти, но укачать Льва мне удаётся.

Криков уже не слышно, и я выдыхаю.

Надеюсь, там обошлось без драк…

Похлопываю малыша по спине. Я бы тоже так прилегла и вздремнула, но за окном сверкает молния, и я напрягаюсь. Словно чувствуя мой страх, Лев распахивает глаза и внимательно смотрит на меня. Но не пугается, лишь изучает. Протягивает ладошку, кладёт на мою щёку. Сосёт соску, отчего уголки моих губ несутся вверх.

– Спи, – тихонько проговариваю.

А он улыбается с соской во рту.

И издаёт довольный звук. Ведёт по моей щеке пальчиками и отрывается от моей груди.

Пытается встать, и я поддерживаю его под мышки, пока Лев изучает моё лицо. Будто до этого что-то не рассмотрел.

Ощупывает скулы, губы, нос… Аккуратно ведёт пальчиком по глазам, которые прикрываю ради него.

– Мне страшно, – снова издаю тихий смешок. – Изучаешь меня, как будущий пластический хирург?

Знаю, что ничего не понимает, поэтому несу всякую чушь.

– Почему сразу хирург? – слышится бархатный насмешливый голос. Резко оборачиваюсь, пугаясь. Покровский стоит в дверном проёме, утыкаясь плечом в дверной косяк и скрестив руки на груди.

 – Может, просто любуется красивой девушкой.

Услышав папу, Львёнок тут же отмирает, словно растаяв, как лёд. Машет ручаками, будто плывёт в бассейне, но к папе пока не идёт.

– Вряд ли.

– Нет. У него есть вкус. Весь в отца. Ему приглянулись те же девушки, что и папе.

Усмешка расцветает на его губах.

– Да, Львёнок?

Глава 16

Василиса

– Ясно, – отвечаю сухо, отворачиваясь.