Этот сильный слабый пол

– Что?! – спросил «Гризли», неожиданно остановившись и чуть повернув голову. Не ожидая такой резкой остановки, Варвара со всего размаха врезалась лицом ему в спину, как раз между лопаток.

– Мой кот! У меня в машине кот остался, Бармалей!

– Не волнуйтесь, пожалуйста, он по-прежнему в машине, – произнес один из «миллитари», – жив и здоров. Только вы так не торопитесь, мы ваш «Жигуль» отогнали на шоссе, а то иначе было не справиться, дорога слишком узкая, не развернуться.

– Они подвезут вас, к вашей машине, – холодно произнес «Гризли», – если вам будет необходимо, один из них сядет за руль и доставит вашу машину по указанному вами адресу.

Лицо его было тяжелым, чужим, из другого, недоступного для нее мира. Глаза смотрели на нее и не видели. Голос ровный, с хрипотцой, без эмоций, вежливый и равнодушный.

У Варвары все заледенело внутри, но почти пятнадцать лет практики в «пьяной травме», как называли коллеги их вторую хирургию, не прошли даром. Она сейчас стала почти его зеркальным отражением, только с учетом, что она все-таки женщина.

– Спасибо за предложение, – сказала она таким тоном, которым обычно разговаривала с тяжело больными, – не стоит беспокоиться, я достаточно самостоятельный человек.

– Если вдруг, вам понадобится помощь…

– Еще раз вынуждена поблагодарить вас за предложение, – также терпеливо и доброжелательно, но уже с легкой и чуть насмешливой улыбкой («больной» оказался не только тяжелым, но еще и капризным) произнесла Варвара, – но свои проблемы я решаю сама, а если мне и нужна бывает помощь, тогда я обращаюсь к своим самым близким друзьям.

А теперь прошу меня извинить, от пережитого у меня немного заболела голова и я бы хотела побыстрее попасть домой.

Он, не произнеся больше ни одного слова, чуть поклонился. Степень его холодного равнодушия упала до «абсолютного нуля». Она приложила максимум усилий, чтобы ее ответный кивок соответствовал «заданному температурному режиму», и быстрым шагом направилась подальше от этого места. И в последний момент, уже покидая «опасную зону», Варвара краем уха за своей спиной, услышала, как кто-то произнес, что рядом за сараем лежат два «огнестрела»… .

Это придало ей значительное ускорение, она больше ничего не хотела слышать, видеть и тем более знать… . Быстрее и подальше от этих людей с их бешеными деньгами, кровавыми разборками и дикой любовью. Если бы он ей сунул в карман сто долларов, наверно, это было бы для нее меньшим шоком, чем их так называемое прощание.