Каждый День Как Пятница 13-е

– Ой, лишенько! Теплицы не закрыты! Сейчас побье усе! – Степанида метнулась из кухни, душераздирающим голосом призывая на помощь Василия.

Евгения вышла на крыльцо огромной террасы и полной грудью вдохнула уже пропитанный озоном воздух. Издалека поднималась новая волна громового рокота. Вокруг все притихло в ожидании надвигающейся бури.

– Шо стоишь как засватанная, – прокричала, пробегая мимо, Степанида, – окна в доме закрывай, бо щас уси стекла полетят.

И тут же вслед за ее словами чуть зашумела, потревоженная легким ветерком, листва.

Ветер чуть замер и, будто немного подумав, прибавил силу. Где-то тревожно хлопнула створка окна и беспокойнее заволновались кроны деревьев. Женя вернулась в дом и, проверив окна, вновь вышла во двор. Буря только начала набирать силу. Дождя еще не было, а ветер все крепчал, поднимая и закручивая в пылевые, похожие на небольшие торнадо, воронки первые опавшие листья, небольшие ветки и принесенный им же неизвестно откуда мусор. Цветы на клумбах и небольшие кусты послушно, по-рабски смерившись со своей участью, стелились по земле, замерев в ожидании худшего. Старые деревья тяжело стонали под ударами урагана, едва подрагивая покрытой испещренными рубцами времени корой стволами, они отчаянно стучали корявыми, похожими на вздувшиеся вены на натруженных руках, ветвями, даже не стараясь удержать листву. Деревья помоложе в пояс кланялись стремительно накатывающему урагану и немилосердно бились своими верхушками о крышу и стены дома. Клубящееся черными тучами низкое небо, разрываемое на части молниями, тяжелым мраком уже накрыло соседние дома, и они практически исчезли в непроглядной тьме, и вдруг белыми пятнами внезапно проявлялись во время мгновенной вспышки ослепительного электричества. Громовые раскаты, от грохота которых начало закладывать уши, с нарастающей силой следовали один за другим, и внезапно наступила тишина. Она длилась меньше минуты, огромная молния располосовала черноту неба пополам и осветила все вокруг с такой яркостью, что Евгения невольно зажмурилась, а следом раздался грохот такой мощи, будто кто-то одновременно взорвал небо и землю. Ухватившись за перила, она едва удержалась на ногах и, словно зачарованная, не могла оторвать взгляда от происходящего и от готовой вот-вот обрушиться на них стихии. Степанида Матвеевна сгребла ее в охапку и с причитаниями, что никакого сладу нету с этими малохольными городскими, втащила ее в дом.