Поймать океан

– А если ранец был неисправен изначально, – Вальдекриз закусил жало отвертки, – тогда проблема не в тебе. Понимаешь? Значит, виноват тот, кто сдал дефектное чудище на склад.

Асин поспешно кивнула, про себя пожалев совсем невиноватого беднягу.

– Когда полетаешь с мое, научишься двум самым необходимым вещам: чинить и портить. И головой думать. А то, вижу, ты себя поедаешь. Да не будет никто искать виноватого. Нас всех соберут, расскажут, откуда у нас руки растут и головы – вот тебе и наказание.

– И часто ты чинишь что-то? – Она подтянула колени к груди и устроила на них подбородок.

Легче стало, но не до конца.

Вальдекриз лишь пожал плечами.

– А портишь? – она понизила голос почти до шепота. Будто был на этом небольшом островке тот, кто мог подслушать их разговор. И он бы явно счел ее вопросы глупыми.

– Почаще. Не ранцы, – засмеялся Вальдекриз. – А то подумаешь еще. В новом мире слишком много механизмов, которые только и хотят, чтобы их сломали.

Он убрал прядь волос за ухо.

Длинная зеленая серьга, поймавшая отблеск солнца, закачалась.

– Готово. – Он потуже затянул один из болтов и попробовал потянуть кольцо. Деревянный остов дернулся, но не сдвинулся с места.

Поначалу она даже не поняла, о чем он. Лишь когда Вальдекриз кивнул на крылья и убрал отвертку к другим инструментам, Асин протянула многозначительное «а-а-а» и схватилась за кольцо. Крыло не шевелилось, лишь на ветру трепыхалась рваная ткань, то надуваясь шаром, то складываясь волнами.

– И мне поверят? – неуверенно спросила Асин. – Ну, в то, что ранец был неисправен? Их же наверняка проверяют перед отправкой.

– Тебе сложно не поверить. У тебя глаза честные, булка. – Вальдекриз упер локти в колени и принялся оглядывать остров. – А недосмотреть все могут. Только если ошибется человек проверенный, то это называют случайностью, а если новичок, значит, он попросту безрукий и у него сено вместо мозгов. Или чего похуже. Удобная система, не находишь? А знаешь, сколько человек из-за таких случайностей падало в океан?

От одной мысли об этом у Асин перехватило дыхание.

Слишком живо она представила, как уходит под воду – и та смыкается гладкой блестящей синевой над ней, утаскивает все глубже. И крохотные пузырьки воздуха тянутся вверх, чтобы выбраться наружу и беззвучно лопнуть.

– Помнишь, ты спрашивал, почему меня потянуло в небо? – тихо начала она.

– Это был не… – Но Вальдекриз не договорил.