Добро пожаловать в Гиблые Холмы

Незнакомый дом, погруженный в полумрак и тишину, отчего-то навевал тревогу. Она быстро наложилась на смятение после беспокойных снов, из-за чего я почувствовал себя совсем уж неуютно. Стоило побыстрее заканчивать с водопоем и возвращаться наверх, пока в темных углах старого дома мне не начало мерещиться всякое…

Напившись воды из-под крана, я направился обратно к лестнице. По пути бросил мимолетный взгляд на входную дверь – и остолбенел.

Верхняя часть двери была стеклянной, и сейчас на ней с внешней стороны что-то висело.

Я подошел ближе.

На листе крупными буквами было выведено: «УЕЗЖАЙТЕ!»

Глава 4.

Соседи

– Что за ерунда? – выйдя на крыльцо, Андрей Валентинович сорвал злосчастную бумажку и теперь вертел ее в руках. – Это шутка какая-то?

Вопрос явно был риторическим. Вряд ли кто-то из нас мог прояснить ситуацию. Вечером никакой бумажки не было – Юлия Владимировна заявила, что проверяла входную дверь перед тем, как пойти спать.

– Похоже, здесь не очень любят гостей из города, – предположила она.

– Напротив, очень даже любим, – послышалось откуда-то справа.

Мы как по команде обернулись и увидели приветливо улыбающегося мужчину по ту сторону забора, что разделял участок деда с соседним. Кожа незнакомца была бледной, зато волосы, глаза и полоска усов отливали чернотой. Мне он больше всего напомнил Гомеса Аддамса из старого фильма про «Семейку Аддамс». В руках мужчина держал поливочный шланг.

– Ренат, – представился он. – Мы с Владимиром Макаровичем соседи. А вы, стало быть, его родня?

Мы тоже подошли к забору со своей стороны. Андрей Валентинович пожал Ренату руку и представил нас.

– Как здорово, что мы вас застали, – запричитала Юлия Владимировна. – Вы не знаете, где папа? Мы вчера после обеда приехали, а его нет, и дом открытым стоит…

Ренат нахмурился и покачал головой.

– Боюсь, тут я ничем не смогу помочь. Владимира Макаровича я уже давненько не видал.

Он отошел в сторону, позволив нам взглянуть на незаметно подошедшую сзади девушку. Света была значительно моложе своего мужа. Ему было уже за сорок, а ей, вероятно, не исполнилось и тридцати. Если во внешности Рената преобладал черный цвет, то Света была самой настоящей рыжей бестией.