Месть злого духа

 – Поэтому и не виделись много лет. А наследство, в случае отсутствия завещания, все равно к ближайшему родственнику перейдет, и не важно, в каких отношениях они находились при жизни.

– Я все-таки уверен, что видел именно Палыча. Его прищуренный взгляд ни с чем не спутаешь, – проговорил Влад, задумчиво барабаня пальцами по столу.

Тут мне в голову пришла одна интересная идея. Вряд ли она могла пролить свет на произошедшее, и тем не менее…

– Слушай, а во что он был одет?

В глазах Влада внезапно зажглись огоньки, он словно что-то вспомнил.

– Вот это мне сразу и показалось странным. Я, до того как его узнал, еще подумал – что человек в таком наряде делает в вашем лифте?

Он сделал паузу.

– Во фрак он был одет. В такой, знаешь, черный, официальный. По-моему, даже бабочку нацепил…

Ладони у меня вспотели, дыхание участилось. Нет, конечно, наличие фрака ничего не доказывало. Но, помимо моей воли, перед глазами встала картинка: Палыч, лежащий в гробу во время своих похорон. Облаченный в торжественный черный фрак.

Влад никак не мог знать, во что был одет покойный во время траурной церемонии. То, что человек, которого он видел в лифте, тоже был во фраке, являлось просто удивительным совпадением. И оно мне очень не понравилось.

К счастью, Влад не заметил моего замешательства. Он продолжал размешивать сахар в кружке и поглаживать Барсика за ухом, отрешенно смотря в окно. Это и к лучшему, незачем еще больше пугать его своими домыслами…

– Если, как ты говоришь, это был брат-близнец Палыча, – друг неожиданно повернулся ко мне, – то он сейчас должен находиться в квартире, так?

– В принципе, да, наверное, – ответил я, не совсем понимая, к чему клонит Влад.

– Значит, если пойти туда прямо сейчас, мы застанем его дома?

– Ты предлагаешь подняться в квартиру Палыча?

– А почему бы и нет? По крайней мере, проверим, существует этот брат или нет.

Меня радовало, что друг, кажется, отошел от шока и снова начал размышлять логически. Но идея подняться в квартиру покойного колдуна меня совсем не прельщала, пусть даже внутрь мы заходить не будем.

Сказать по правде, теория о брате-близнеце Палыча мне самому казалась надуманной. Но она служила некой опорой реальности в ситуации, от которой явственно веяло паранормальным. Пусть эта опора была не прочной, но она являлась той самой соломинкой, за которую можно схватиться, дабы окончательно не сдвинуться по фазе.