У Судьбы на поводке

Гораздо хуже, когда люди женятся, обзаводятся совместным хозяйством, ипотекой, детьми и собаками, друзьями, а потом выясняется, что один из супругов вовсе не тот, за кого себя выдавал в начале семейной жизни. Вот это действительно катастрофа, ведь приходится либо смириться, либо делить все, вплоть до детей, друзей и собак. Я, как оптимист, считаю, что мне повезло – результат наших недолгих отношений тихо сопит в подушку в соседней комнате. Губы непроизвольно растягиваются в улыбку, как всегда, когда я думаю о Даньке.

Он – самое ценное, что у меня есть!

7.

Дима

Настоящее время

Ромка раздобрел, теперь он похож на этакого добродушного медведя. Мне удалось сегодня выдернуть его на посиделки в кафе. Здесь я раньше не был, судя по всему, кафе открылось совсем недавно – и кофе, и десерты здесь хороши – я уже успел оценить их по достоинству. Ну какая же встреча старых приятелей без коньяка – сначала добавляем в кофе, а потом кофе оказывается совершенно лишним и только портит вкус благородного напитка.

Нам с Ромкой есть что обсудить – мы знакомы с пятого класса, общались в одной компании практически до самого моего отъезда. Не могу сказать, чтобы мы были очень близкими друзьями, однако общих воспоминаний, как выяснилось, у нас вагон и маленькая тележка. Я знаю, что он женат и воспитывает двоих спиногрызов – об этом можно узнать на его страничке в фэйсбуке. Мне интересно, когда же он все это успел. Ромка смеется:

– Да почти сразу после того, как ты уехал. Олеську мою помнишь? Да ты должен помнить, ты ее видел несколько раз, мы же тогда частенько вместе тусили.

Смутно припоминаю, что да, была рядом с Ромкой постоянно какая-то девушка – темненькая, невысокого роста, вроде бы действительно звали ее Олесей. Киваю, чтобы не обидеть приятеля. Он довольно продолжает рассказывать:

– Ну вот, Олеся забеременела тогда, мы и поженились приблизительно месяца через два после твоего отъезда.

– Ясно. Прими поздравления, хоть и с опозданием. Из наших видишь кого-нибудь?

– Редко.

У всех работа, семьи. Сейчас время такое – ничего не успеваешь. Да и, честно говоря, с некоторыми людьми желания общаться у меня не возникает.

Не решаюсь уточнить, кого он имеет в виду. Среди наших общих знакомых была парочка таких неприятных типов, уж не помню, как они прибились к нашей компании. То ли кто-то их привел с собой, то ли просто чьи-то родственники. Мы их между собой называли Штепселем и Тарапунькой – из-за их разницы в росте и телосложении.