Театр Иллюзий

Я лежал и думал о том, что впервые в жизни испугался леса. Никогда, с самого первого похода вдвоем с отцом много лет назад, он не казался мне угрожающим. Да, я знал об опасностях, но не принимал их близко к сердцу. Наоборот, я всегда считал лес своим другом. Только здесь мне становилось по-настоящему хорошо и свободно.

Что-то изменилось в этот раз. Лес больше не был добр ко мне. Теперь он таил угрозу, как злобно жужжащее осиное гнездо.

Занятый подобными размышлениями, я, к своему удивлению, заснул очень быстро.

Сквозь сон до меня продолжали доноситься приглушенные шаги и шорохи, но я уже не обращал на них внимания. В конце концов, мало ли в лесу любопытных зверушек, шастающих по ночам…

***

Наступило утро. Солнечные лучи пробивались сквозь приоткрытый полог, рассеивая ночные страхи. Я сладко зевнул, потянулся. Эх, сейчас сварганю горячего кофейку и…

Стоп. Приоткрытый полог?

С чего ему быть приоткрытым? Неужели ночью я его не закрыл?

Я сел, осмотрелся – и закричал.

Я кричал и кричал – от ужаса, от жуткого осознания, от пугающей иррациональности всей ситуации.

От сладкого гнилостного запаха, наполнявшего ноздри.

От распотрошенного рюкзака.

От знакомого трупа мужчины, неподвижно сидевшего рядом со мной – и сжимавшего в костлявой ладони свой медальон!

Похоронный дом

1

В углу стояла каталка – настоящая, металлическая и явно не новая. Гладкая серая поверхность ловила на себе редкие лучи света, что достигали ее убежища. Четыре колесика снизу были опутаны паутиной.

Каталка притаилась в закутке между стеной и лифтом. Наверное, потому он и не замечал ее до сих пор. Крайнов хотел прикоснуться к холодной поверхности, убедиться, что все происходит наяву. Но не смог заставить себя протянуть руку.

На этой каталке перевозили мертвецов. А потом готовили к похоронам – здесь же, в подвале.

Все встало на свои места. И водопровод с лифтом, зачем-то проведенные в подвал, и странная деревянная конструкция наверху в гостиной. Правда раскрылась во всей своей ужасающей простоте, как сгнивший изнутри цветок.

Крайнов судорожно сглотнул. Очки съехали на кончик носа. Колени дрожали так сильно, что едва могли удерживать вес его тела. В голове билась мысль: Дерек был прав.

Дерек, мать его, был прав.

Откуда-то сверху раздалось несколько равномерных глухих стуков.

2

Прошедшая неделя показалась Крайнову одним нескончаемым калейдоскопом. По большому счету, такими были все три года после его переезда в США.