Алекс и Бритни

 – Мы на поверхности Фобоса, одном из двух спутников планеты Марс.

Действительно, они были на поверхности Фобоса. От подобных мыслей легко можно было сойти с ума.

Алекс не ответил. Бритни тоже предпочла промолчать. Да и что они могли сказать? Радоваться? Кричать от восторга? Или, наоборот, дрожать от страха? Они не знали. Просто стояли и смотрели.

Наверное, спокойствие пришельца передалось им, и они начинали относиться ко всему происходящему с таким же невозмутимым спокойствием, как и он. Хотя на самом деле, ни в голове Алекса, ни Бритни, просто не укладывалась та мысль, что они, действительно, находятся в открытом космосе, и под ногами у них холодная поверхность Фобоса.

На которую еще не ступала нога человека, да и неизвестно еще, когда у человека появится возможность сделать подобный шаг.

Они стояли на небольшой каменной площадке, окруженной с трех сторон обломками скал. А перед ними раскинулось величие безбрежного, безмолвного космоса. Миллиарды звезд над головой.

А немного внизу, плавно проплывала красная поверхность Марса. Зрелище было настолько фантастическим и прекрасным, что у Алекса перехватило дыхание, и от переполнявших его эмоций защипало в глазах. С ума можно сойти! Он стоит на поверхности Фобоса и смотрит, как под ним проплывает Марс! Вот проплыли легендарные марсианские каналы, потом самая высокая гора Марса Олимп. Пик Олимпа достигал тридцати семи километров! А за спиной у них светило маленькое Солнце. Увидев Солнце, Алекс увидел и Землю! Да, Землю! Их родной с Бритни дом. Маленькая, голубая Земля была далекой и красивой. Впервые за последнюю неделю, Алекс получил возможность увидеть свой дом. Не квартиру конкретно, где он жил, не город с птичьего полета, когда самолет идет на посадку, а всю планету целиком. И даже не с земной орбиты, а с орбиты Фобоса. Тем не менее, он повеселел, и даже улыбнулся далекой планете, дому, родным, друзьям. Всему знакомому и привычному, что осталось далеко – далеко, на расстоянии десятков миллионов километров. Земля, как ему показалось, тоже засверкала далекими огнями, точно узнав и приветствуя своих детей, которые по непонятным причинам, очутились так далеко от ее родных объятий. Между Алексом и далеким домом установилась, как бы невидимая связь, и через воспоминания, которые хлынули на него бурным потоком, он как будто бы получил поддержку от родной планеты. Стал сильнее, величественней. Он был не один.